ПензаТренд

KON

КУЛЬТУРА ПЕНЗЫ

I Музыкально-поэтический фестиваль

Вечер Алексея Александрова

Вечер "На Энцелад!"

 Встреча "Время верлибра"

Творческий вечер Марии Сакович

Вечер "В начале было слово"

Встреча "Абсурд. Логика алогизма"

Вера Дорошина "Слова на ветру"

СПОРТ ПЕНЗЫ

Фитнес-клуб "ЭНИГМА СУРА". Пенза

Многократный рекордсмен
Книги рекордов Гиннесса
по силовому экстриму
в фитнес-клубе "ЭНИГМА СУРА"
в Пензе

РЕКЛАМА

Беседы с Норковой Шубой. Рассказ

Ольга ДАРВИНА

 

«Абонент временно недоступен. Перезвоните, пожалуйста, позднее», – в который раз предупредительно сообщили на другом конце провода.

Да что это такое, в самом деле! Где ты, родная душа?

Саша улетел в Сингапур. Пора бы самолету приземлиться. А от любимого ни слуху, ни духу.

- А чё, клёвенько! – вызывающе накрашенная девица, сидящая рядом, заполнила салон маршрутного такси своим простодушным хохотом. – Прикольно.

- А я чё говорю – классно, - гордо подтверждает ее слова не менее броская подружка, демонстрируя свои остро отточенные ногти. – Мне даже начальница позавидовала: «Когти у тебя чудовищные», - сказала мне вчера. Вот!

- А сколько твоей мымре-то?

- Да старуха уже. Лет сорок…


Меня передернуло. Молоденькие, глупенькие идиотки!

Не хотелось прислушиваться к их жужжанию о модном макияже, о тряпках, скидках и отвергнутых парнях. Их сленг вызывал негодование. А тут еще водитель «маршрутки» врубил на всю мощь музыку. Голова буквально раскалывается на части.

Я уже возненавидела и этих девок с их пустым разговором, и саму себя.

- Водитель, сделайте, пожалуйста, тише! – попросила я, не узнав собственный строгий голос.

Шофер послушно убавил звук. Девчонки, грустно посмотрев в мою сторону, как-то съежились и примолкли.

Я и сама себе удивилась: раньше, месяца четыре назад, я ни за что бы не нарушила назойливое воркование девушек и, тем более, не отважилась попросить водителя сделать мой путь комфортным.

Еду на работу в таком жутком состоянии. А у меня непростой разговор с одной немолодой дамой, которая боится встретиться с дочерью, которую оставила в родильном отделении будучи студенткой. Не могу собраться. Надо найти подходящие слова и для девочки, которая долго разыскивала маму, и для самой женщины, отказавшейся от ребенка.

Жизнь будто снова испытывает на прочность.

Вот Саша уехал, уговариваю себя мысленно, - и завтра всё встанет на свои места. Буду ходить привычными тропами, вести незаметный образ жизни: работа, дом, магазин…

Останусь я и моя единственная подружка, с которой я подолгу разговариваю. Доверяю мои маленькие тайны. Обсуждаю житейские заботы. Она ждет меня – мягкая, красивая, сказочно роскошная…

- Правда, моя дорогая Норковая Шуба?  - так я часто говорю ей, моей подружке тихими вечерами.

Она – такая вальяжная, приятная на ощупь, словно отдает мне часть тепла при поглаживании.

– Помнишь, как я мечтала о тебе? Как подолгу стояла у витрины дорогого мехового салона и когда наконец-то приобрела, от радости чуть ноги не подкосились…

- Ах, моя девочка! Кто только обо мне не мечтал? Я для многих – предмет грез!  - Норковая Шуба переливисто заиграла своим сказочным мехом. – И на многое способна.  

- Ты способна из любой дурнушки сделать королеву! И ты помогла мне многое понять в жизни.

Кто-то назовет меня сумасшедшей: разговаривать с норковой шубой... Что, подруг нет?

На самом деле –  нет у меня подруг! И этот неодушевленный предмет, уже слегка поеденный молью, стал для меня «жилеткой».

Глава первая

После школы я не поступила в педагогический институт, не прошла по конкурсу. Двухмесячные курсы машинисток-стенографисток были единственным спасением, как мне казалось в то время.

С дипломом об окончании курсов я пришла на маленький завод и стала работать делопроизводителем.  Печатала для руководства доклады, служебные документы, отчеты. Работа рядовой секретаршей меня нисколько не смущала. Хотя, не могу сказать, что была мне по душе. Но впереди были новые перспективы. И от сознания этого я была счастлива.

Однажды мне позвонила приятельница и предложила:

- Голубушка, выручай! Ты же хорошо и быстро печатаешь. Надо отпечатать рукопись одному известному писателю. Срочно.

«Заплатит хорошо», - уверяла знакомая.

И я согласилась.

Мы встретились, сошлись в цене и сроках. Я принялась за работу. Печатала по ночам. И так втянулась, что не заметила, как по уши влюбилась. Нет, не в героя этого романа, в автора.

За каждой строкой был он – романтичный, строгий к себе и окружающим, ироничный. Я смеялась и плакала над каждой фразой.

Когда я возвращала моему писателю рукопись вместе с выполненной работой, не выдержала и расплакалась.

- О, Полиночка, я вас чем-то обидел? – нервно засуетился писатель. – Я, наверное, мало заплатил. Так я добавлю еще, вы скажите.

Я замотала головой.

Слезы предательски катились из глаз, и предмет моих грез нежно их снимал своим несвежим носовым платком. Настойчивый запах чужих эмоций вывел меня из этого невесомого состояния, возвращая к реальности.

Я с трудом сдержала выдох и абсолютно другими глазами посмотрела на этого сутуловатого небритого человека, который смущенно моргал своими покрасневшими глазами.

От инженера человеческих душ пахло дешевым одеколоном и портвейном. И мне вдруг стало так смешно, легко и спокойно, как будто груз сняла с плеч.

- Простите, Федор Игнатьич, это я о своем, девичьем, - соврала я.

Мы трогательно обнялись и простились.

Так закончилось мое трагикомичное чувство к большому мастеру слова.

Это было мое первое любовное разочарование.

Глава вторая

Однажды в кабинет к моему начальнику зашла элегантная молодая женщина лет на пять меня постарше. Она была восхитительна. Лучистые глаза, светлые волосы корзиночкой вокруг головы, обаятельная открытая улыбка. И роскошное норковое манто. Все, кто находился в тот момент в приемной, застыли.

- Как вы прекрасны! – говорили их глаза.

Дама, благоухая дорогим парфюмом, низким голосом спросила, можно ли к Павлу Захаровичу.

- Палзахарыч на месте. Проходите… - торопливо прошептала я.

И очередь, не возмущаясь бесцеремонностью посетительницы, расступилась, пропустив прекрасную фею.

Когда я взахлёб рассказывала своим подружкам об этой незнакомке, те понимающе кивали головами.

Я вдруг представила, что на ее месте могла быть и я. Внешне мы похожи: у меня такие же волосы, такой же рост.

Ну сколько может стоить норковая шуба? Безумные деньги, наверное, которые мне копить лет 5.

- Не меньше! – согласилась со мной подруга. – За это время столько воды утечет.

А я уже представляла, как она будет согревать меня в холодную погоду и, о, Боже, прости за греховные мысли – свидетельствовать о моем достатке и изысканном вкусе.


Мне казалось, что покупка норковой шубы – как путевка в новую прекрасную  жизнь… Я думала, что такая особенная вещь откроет передо мной многие двери.

Но этой вещи я должна соответствовать.

Вот почему я неистово стучала, стучала сутками напролёт на электрической машинке, печатая студентам рефераты, курсовые, контрольные. Ни о каких мальчиках даже не помышляла. И это в те годы, когда при разговоре с молодыми людьми должна земля уходить из-под ног!


Глава третья

В своего первого настоящего мужчину я влюбилась без памяти.

В летний знойный день после речной прогулки мы с подругой заглянули в небольшое кафе.

- Какие красивые места, сказочные, волшебные! – восхищались мы увиденным после выпитого фужера легкого белого вина. – Красота первозданной природы рождает гармонию в душе и чувство…

- …и чувство бесконечной радости! Простите, милые девушки, вы так восторженно рассказываете, что невольно подслушал ваш разговор, - наш щебет прервал приятный молодой человек.

Мы познакомились. Максим приехал из Тверской области по делам. Командировка заканчивалась. Парень скучал. И просил нас показать ему достопримечательности города. Мы согласились. Но Лена в последний момент сослалась на какие-то неотложные дела. И с городом пришлось знакомить Максима мне.  

О, это была удивительная прогулка! Мы много разговаривали и неожиданно поцеловались в телефонной будке. А потом были  безумные объятья и поцелуи на скамейке в парке, расставание на перроне и обещание новых встреч.

- Полина, вы восхитительная девушка, - говорил Макс. – Мы обязательно должны быть вместе.

Он приехал через несколько дней. И мы снова встретились. И снова расстались. А потом был романтичный вечер в дорогом ресторане и незабываемая ночь, когда я стала женщиной…

А потом меня вызвали в милицию. Оказалось, мой новый обаятельный, культурный знакомый –  заезжий «налетчик» из соседней области. Он приезжает к нам, «чистит» квартиры, под благовидным предлогом втирается в доверие к незамужним женщинам, пудрит им мозги и грабит. А я прохожу по делу в качестве свидетеля.

- Я не верю, это неправда! – кричала я в кабинете у следователя, искренне уверенная, что это недоразумение, и Макса вскоре отпустят.

Но этого не произошло. Я даже готовилась дать взятку. Но, придя домой, обнаружила, что все мои сбережения и золотые украшения, подаренные бабушкой и мамой, безвозвратно исчезли. Шкатулка была пуста.

Макс! Это сделал только он.

Это было мое первое горькое разочарование и любовная потеря…

Глава четвертая

И вот мне исполнилось двадцать. Казалось бы, в этом возрасте надо прыгать по дискотекам, встречаться с мальчиками и радоваться жизни. Но радости не было.

Я жалела себя несказанно. У меня был довольно тяжелый прошлый год.

Я горевала из-за первой любви и неудачного сексуального опыта. Мне казалось, что теперь все знают о том, что я потеряла невинность. Маме открыться я боялась. А вскоре из-за бесконечных конфликтов с отчимом мне пришлось покинуть родной дом и уйти в заводское общежитие.

Работала на износ, чтобы все забыть. Поступила в институт на вечернее отделение. Обложилась книгами, чтобы времени на нытье не было. Меня будто выключили. Ничего не хотелось делать, энергии не было совершенно. Хотела погрузиться в одиночество, хотя сама его не люблю, мне нужны люди, чтоб чувствовать себя комфортно...

- Что с тобой, Полька? – пытались растормошить меня девчонки.

- Сама не понимаю, что со мной случилось, ведь раньше я была лидером, "зажигающим" человеком. Мне тяжело, я не чувствую никаких эмоций, ни любви, ни агрессии. Видимо, это что-то вроде депрессии, но как от нее избавиться, я не представляю, сил нет совершенно.

- Похоже, что ты сильно эмоционально перенапряглась при подготовке в институт, - сказала мне моя подруга. - Сейчас ты находишься в зоне спада эмоций.

Я не возражала. В зоне – так в зоне…

И потом –  кому какое дело, отчего ты сломалась. Я исчерпала себя эмоционально, не рассчитав собственных сил. Я – полный вакуум.

Давала себе установку просто быть.

Читала аффирмации. Приказывала: определи для себя новые горизонты и цели в жизни, близкие и дальние. И продолжай жить.

«Найди и поставь новые задачи, к которым ты будешь стремиться, которые тебе захочется осуществить, - уговаривала я себя. – Давай себе физическую нагрузку, даже если совсем сложно заниматься, то просто гуляй хотя бы час в день — быстрая ходьба, свежий воздух, меняющийся постоянно пейзаж улицы или парка благотворно влияют на состояние организма. Подумай, что тебе доставляет удовольствие в жизни, быть может, просмотр фильмов, чтение книг, еда — радуй себя! Приходя с учёбы, давай себе пару часов только на приятное времяпрепровождение».
Так я уговаривала себя до тех пор, пока в моей жизни не появился мой прекрасный Принц. - Слушай музыку, лёжа с закрытыми глазами, или делай упражнения из йоги, то, чем ты сможешь быстро возвращать себе эмоциональный и физический баланс, - посоветовал он.

Сокурсник Станислав оказался меломаном и увлекался роком. Этот странный парень не просто увлекался странной музыкой. Он и меня вовлек в эту грустную, меланхоличную атмосферу с пространными депрессивными мотивами.

- Да, - соглашался Стас. – Это музыка одиночества, мелодии поиска и перемен. Но в этой скучноватой мрачной музыке – мы, вся наша жизнь с оттенками, ритмом, минором и мажором.

Мы стали вместе ходить на концерты, читать интересные книги. Мы открывали друг друга. И поняли, что должны быть вместе.

Мы поженились сразу после окончания института. Я забеременела. И вскоре потеряла плод нашей любви. Появилось чувство пустоты.

Глава пятая

Моя плаксивость и болезненный вид угнетали  Стаса. Однажды он напился и с  раздражением сказал:

- Полина, это невыносимо. У тебя вечно кислое лицо. Я так больше не могу! Я устал от твоей обреченности. Устал от нас! Я задыхаюсь от наших отношений… Поживу пока у матери.

Я понимала, ему нужно время, чтобы понять себя, привести в порядок свои мысли и чувства.

- Я хочу побыть один, - его слова, будто хлыстали меня по щекам. –  Надо перепроверить, готов ли я дальше идти по жизни вместе с тобой или…

- Или?! Перепроверить? У тебя родились иные желания, не совместимые со мной, с семьёй, бытом, ответственностью, - сорвалось с языка. - Стас, иди…

Я плохо помню, что еще сказала ему на прощанье. Но я его отпустила.

Мне стало обидно, что мой любимый человек воспринимает меня балластом, тянущим назад, не дающим взлететь, увидеть новые горизонты.

Его система жизни, которая когда-то восхищала меня, теперь показалась мне слишком активной, слишком экспрессивной. Его раздражение и чувство вины по отношению ко мне, к нашему неродившемуся  малышу, желание освободиться, его чувства и страх стали мне безразличны.


Он стал для меня «прочитанной книги», страницы которой неинтересно листать, читать тексты или пересматривать иллюстрации — тем более. Ему хочется новизны? Получай!

Нет интересов, которые могут нас объединять.

- Муж просит свободы – бери! – сказала я тогда Стасу. – Не надо ничего придумывать, я искренна сейчас, приняв ситуацию такой, какая есть. Хочется плакать, и я плачу, хочется молчать, и я молчу.

Я не сказала ему,  что он по-прежнему важный, любимый и значимый мужчина в жизни. Потому что уже не чувствовала этого.

– Стас, я понимаю тебя, - говорила я ему. – Я тебя ни в чем не обвиняю. Если задуматься, у каждого из людей всегда есть соблазн начать новую жизнь, загореться новыми идеями, и каждый из нас имеет на это абсолютное право, даже если реализация желаний будет связана с личной трагедией и болью близких людей.
Мы расстались навсегда. Мне было больно. Развод стал третьим моим испытанием.

Глава шестая

Мне казалось, что мне уже ничего не надо. Чтобы вернуть себя, потребовалась помощь специалиста. Возвращалась к себе я не быстро…

Психолог, к которому я обратилась, предложил мне лечь в отделение неврозов.

Увидев страх в моих глазах, он попытался меня успокоить:

- Вы думаете, Полина, что там лежат одни «психи»? Вполне нормальные адекватные люди, которым требуется небольшая коррекция.

Были длинные беседы о жизни, о предназначении, о необходимости идти вперед, занимаясь любимым делом.

«Ты умная, красивая, интересная девушка, которой всё по плечу!» – настойчиво говорил мне опытный психолог. – Произноси  это каждое утро и каждый вечер перед зеркалом. И ты увидишь, как изменится твоя жизнь.

А еще заведи себе неодушевленную мечту, с которой ты будешь говорить обо всем. К примеру, - платье, туфли… Что тебе хочется больше всего?

- Знаете, норковую шубку, - призналась я.

- Представь ее и разговаривай тогда, когда тебе трудно.

Так в мою жизнь пришла Норковая Шуба...

И этот совет мне помог.

- Полина, нет такого места на Земле, где ты найдешь самое желанное существо... кроме как внутри себя. Конечно, ты можешь искать, и иногда даже находить нечто, что будет напоминать тебе то, что ты ищешь...  Ты уникальная. Ты особенная. И потому – везучая.

- Я везучая?

- Конечно. И знаете почему? Вам, Полечка, был дан шанс жить и совершать ошибки. Вам выпала возможность верить в мечты и достигать их...

Глава седьмая

Через некоторое время я стала работать в интересной конторе, в очень хорошем коллективе, где царили творчество, духовность и  взаимопонимание.  

Я продолжала настойчиво идти к тебе, к своей Мечте.

И старательно откладывала каждую копеечку,  представляла, как это изысканная стильная вещь займет достойное место в моем гардеробе. Как покорю сердце Настоящего Мужчины, надев женственное меховое изделие!

- Богиня! – скажет тот, кто по достоинству оценит меня. – Ты хороша в этой шубе. Но и без нее ты прекрасна. Ты – моя настоящая роскошь.

Я мечтала. И от счастья кружилась голова…


- Скажи, моя дорогая Норочка, наверное, каждой женщине, вне зависимости от возраста и времени года, хочется быть обворожительной и неустанно покорять сердца мужчин?

- Возможно, Полина.

- А помнишь того модного модельера, к которому я обратилась с просьбой сшить мне эксклюзивную модель?

- Как же! И даже ваш разговор. Ты мне потом рассказывала, смаковала каждую деталь.

«- О, да! Мех норки – мой любимый зимний материал, - заметил мастер. – Норка - предмет восхищения модниц, ставший популярным еще в 20-е годы прошлого столетия.  

В морозные, снежные дни вы, представительницы удивительной непредсказуемой половины человечества, имеете возможность становиться особенно привлекательными, благодаря шикарным меховым изделиям».

 - Иронизируешь… Зато сколько полезного я узнала из его разъяснений. Он долго объяснял мне, что норка сочетает в себе три важных качества: она хорошо греет, шикарно выглядит и носится очень долго.

- Вы, милочка, на правильном пути, - одобрительно завершил модельер свой рассказ о широкой цветовой гамме и специальном выводе этих зверьков в питомниках.

- Полина, да все об этом знают.  

- Он еще о русской норке много говорил: что она теплая, но немного лохматая, что ее мех густой и пышный. Из нее хорошо получаются объемные и богатые модели.

– Это и я бы тебе рассказала. Я, наверное, побольше его знаю о себе! Ты молодец, что не поддалась на уговоры этого проходимца.

- Да не проходимец он.

- Только когда он тебе озвучил стоимость изготовления изделия, ты же собралась у всех своих знакомых назанимать указанную сумму.

- Да ладно тебе. Его салон работает с постоянными поставщиками, которые год из года доставляют мех, который достоин плеча  императрицы.

- Это он тебе все рассказал? Да уж, плеча императрицы я достойна. Нашла, кого убеждать. Помнишь, как ты возвращалась тогда от этого мастера?

- Да, конечно. В полуобморочном состоянии. Шла, горько жалея себя, того, что это не по карману, но и не по статусу. И я решила: буду бороться! За себя! За возможность новой жизни.

- Ах, ах… Сколько пафоса! И самоуверенности.


Глава седьмая

Вскоре по рекомендации одноклассника я устроилась в крупный холдинг помощником директора. Зарплата, правда, была невысокой, но выплачивали ее регулярно. И первое время я была действительно довольна, откладывая на свою вожделенную мечту по одной десятой части.

- Полина! Вы прелесть, - говорил мой начальник, получая от меня очередной отпечатанный доклад. – Пора повышать вас в должности. По-моему, вы давно выросли. Хочу поручить вам одно интересное направление – вести проект в новом отделе. Вы как, Полина, на это смотрите?

Я вообще-то грамотный специалист. Слова благодарности от шефа всегда приятны. Поэтому к предложению начальника я отнеслась серьезно.

- Спасибо, - ответила я. – А что это за проект?

Но потом всё изменилось. Его заместитель не давал мне проходу. Он буквально стал гнобить меня. Придирки начались с того, что он никак не мог найти какой-то документ и уверял меня в том, что приносил на подпись шефу. Потом бумага нашлась. Я не была виновата. Но неприятный осадок остался.

На одном корпоративном вечере заместитель мне прямо сказал:

- Ты что же думаешь, что ты тут лучше всех. Тихонькая такая, как мышка. Хочешь совет? Ты давно могла бы сама рулить процессом, а не прогибаться под начальство.

- Как это, Вениамин Андреевич?

- А ты не понимаешь? Под глупенькую косишь? – его липкая дремотная улыбка меня просто раздражала.

Потом, конечно, я поняла, куда он клонит.

А вскоре Вениамин «подсидел» нашего директора и сам возглавил фирму.

Мне пришлось покинуть холдинг, и я ушла в конкурирующую компанию. Но там столкнулась с другим безобразием. Босс стал оказывать мне особое расположение.

Норковая Шуба немного изменила окрас:

- Ну, это не новость! И ты это называешь безобразием? За всеми хорошенькими женщинами увиваются их начальники. Это в традициях!

Глава десятая

А с Сашей я познакомилась при странных обстоятельствах.

Возвращаюсь с работы по одной и той же дорожке. Всегда мимо общежития. В тот вечер там была  драка. Как всегда. Какие-то отморозки устроили разборку.

Я недавно купила небольшую «однушку» в доме напротив. Она маленькая, но уютная.

- Как шкатулка, - удивляются знакомые.

- А в шкатулке девочка, - смеюсь я, не веря, что наконец-то у меня свое жилье.

- Не девочка, дурочка! Тебе уже за тридцать, пора и окольцевать кого-нибудь.

- Кого-нибудь – не надо.

- Ну, как же, обычный парень ей не нужен. Ей прынца подавай.

- Не откажусь!

Однажды вечером у дома услышала крики.

Зашла в подъезд – а на душе неспокойно. Вышла снова. Кто-то стонет. Смотрю: у двери соседнего подъезда парень в луже крови.

- П-п-омогите…- прошептал он. – Милицию… документы украли, деньги…

Вызвала милицию. Взяли показания, как у свидетеля. Парня с множественными переломами увезла «скорая».

Сердце болит. На следующий день разыскала, в какой он больнице. Саша лежал в реанимации. Его собирали буквально по частям.

Я стала приходить к нему каждый день. Когда его перевели в палату, он немного рассказал о себе. Приехал в город по делам службы. Должна была состояться встреча с компаньоном. Но этому помешала драка с неизвестными. У него отобрали документы, личные вещи, деньги, телефон.

- Так вам надо связаться с родными? Позвоните с моего телефона, - предложила я.

- У меня нет никого. Я детдомовский, подкидыш. А своей семьи еще не завел, - грустно сказал мой новый знакомый. В пеленке, в которую я был завернут, лежала записка с именем и что родители погибли.

- И всё?

- И всё, Полина…

- Простите меня за такие расспросы. Вам так больно, наверное, вспоминать.

Он рассказал, как нелегко жилось ему в детдоме, как он поступил в институт, как стал работать. И как сам недавно создал фирму.

И было в его рассказе столько близкого мне, словно я встретила родную душу.

- Полина, и все-таки, правы те люди, которые на протяжении уже многих лет говорят мне, что я родился везучим. Я живу. Не разорван на части абортом... Мне было дано счастье жить и совершать собственные ошибки. Мне выпала возможность верить в мечты и достигать их. И за это я благодарен тем, кто меня воспитывал. И благодарен судьбе за вас…

Мы долго разговаривали с Сашей. Ему было интересно, как прошло мое детство, чем я занимаюсь теперь. Без смущения рассказала ему, что выросла в семье, про которую сейчас бы сказали – «неблагополучная».

Мать выбивалась из сил, чтобы свести концы с концами. А отчим иногда и побивал ее, выгонял нас на улицу, пропивал деньги. У меня не то, что игрушек, одежды необходимой не было. Поэтому я стыдилась немногочисленных друзей.

- У тебя, Полечка, вообще яркие, теплые воспоминания сохранились в памяти?

- Помню, как в дождь мы оказались без зонта, отчим снял свою рубашку, и завернул меня  в нее… А в основном – больше печали в моем детстве. Часто вспоминаю одну грустную историю: меня отпустили с соседскими ребятишками во двор. Там установили новые качели. Мы встали на эти качели вдвоем с девочкой постарше. Она сильно раскатывала. Голова кружилась от счастья. А потом качели достигли огромной высоты, сделали переворот. И… Я оказалась под ними. Руки мои соскользнули… Чугунные качели били меня по лицу. И что-то горячее хлынуло в глаза.

- Не поднимай голову! – кричали мне дети. А мне слышался сквозь этот гул: «Поднимайся скорее»…

Я вновь поднимала голову. И качели снова ударяли меня. Качели превратили меня в окровавленное месиво. Потом я долго лежала в больнице. На голову  и подбородок наложили швы. Помню, как ласковая санитарка поила меня морсиком.

- Ну, Полечка, у многих детство бывает куда менее радостным… А настоящего своего отца ты знала?

- Нет. Но мне хотелось верить, что мой биологический папа был знаменитым мужчиной, ярким,  с огромным жизненным опытом и магнетизмом. Мне представлялось, что произошло недоразумение. Он не мог сам от меня отказаться, не дать свою фамилию. И мама, рожая меня, несмотря на огромную обиду на любимого мужчину, сделала правильный выбор, произведя меня на свет.  Но мне приходилось жить с осознанием факта, что я была некоей позорной помехой в ее жизни.

Когда я была совсем маленькой, я не знала, что меня воспитывает совершенно не мой папа. Однажды, мне было тогда лет двенадцать, меня остановила какая-то женщина и начала расспрашивать о школе, о том, какие у меня подружки и вдруг ни с того ни с сего:

- Плохо, наверное, с неродным папкой? Бьёт тебя часто?

Я тогда очень испугалась и как-то затаилась. Даже маме не призналась, что знаю нашу тайну.  

А после очередной ссоры с отчимом, когда он вывернул мне ухо и влепил очередную затрещину, крикнула ему в лицо:

- Не трогай меня больше никогда! Ты мне никто!

Мама услышала, подлетела ко мне и крикнула.

- Не смей! Ты ничего не знаешь! Если бы ни он – в твоем свидетельстве о рождении стоял бы прочерк в графе "отец"… Он дал тебе свою фамилию.

Я не могла понять, что такое прочерк и что могло быть вместо фамилии. Но внутри у меня всё сжалось. Мне стало жаль себя, словно я подкидыш или недоразвитый эмбрион, который неожиданно появился на свет вопреки всему.

С тех пор я решила найти своего отца. Мама, узнав о моем желании, проявила невиданную волю и возмущенно сказала: «Если ты его встретишь, я плюну тебе в лицо и расценю это как предательство! К холодным ногам не приходи тогда».

Я не располагала никакой информацией об отце.  И сдалась Судьбе, которая ни одним знаком не намекнула, что поиски эти необходимы. Я вняла предупреждению мамы,  не совершив никаких попыток…

- Ты, став уже взрослой, по-прежнему хочешь познакомиться со своим отцом?

- Конечно. Только как его найти? Мама ушла в мир иной. Тетя ничего не знает. Да и биологическому отцу известно ли о моем существовании…

- Ты куда-нибудь обращалась? В газеты, на телевидение? Сейчас столько служб, занимающихся поиском людей…

- Нет, Саша. Но хотелось бы попробовать.

И мы стали заниматься поиском моего отца.


- А потом ты организовала службу «Найдем друг друга»… И помогла многим обрести своих родителей.

- Да, моя дорогая Норочка.  Мы вместе с Сашей организовали такую фирму. Я поняла, что жизненные ситуации выстраиваются сначала нашей мыслью. И мы сами порой виноваты, если зажали, закрепостили ее... Я поняла, что не хочу идти на поводу других людей.

- Ты достигла всего, чего хотела, Полина. Ты стала успешной, любимой.

- Да, я счастлива. Я любима и люблю. Я услышала то, что хотела услышать много лет назад: « Богиня! – сказал мне тот, кто по достоинству оценил меня. – Ты - моя настоящая роскошь…»


- Но мой муж - любитель животных и сторонник движения Greenpeace. Он считает, что носить на себе шубку из шкур нескольких десятков убитых животных – варварство. И «статусные игры» состоятельных и знаменитых представителей человечества  - дикость! Мы с мужем стали членами организации по защите прав животных, участвуем в  акциях протестов. Я очень люблю тебя, но должна оставить. Прости.  

- Я не обижаюсь на тебя, моя девочка. Я служила тебе верой и правдой много лет. Ты плакала в меня, когда тебе было трудно. Я спасала тебя в морозы. И я рада, что все эти годы помогала тебе расти и становиться уверенной в себе.

- Ты заставила меня поверить в себя.

- Не я. Ты сама, милочка. Внутри тебя постоянно находится некий помощник и цензор, четко отслеживающий твое поведение, отношение к разным жизненным проявлениям. Ты справилась, несмотря на боль, на не очень положительный опыт с мужчинами, который у тебя был и который мешал построению новых отношений.  Ты поняла, что любые ошибки — отличный жизненный опыт, любая совершенная ошибка во много раз больше даёт человеку, нежели успех. Ошибаться порой очень больно, но всё проходит, ты становишься более зрелой и сильной как личность.

Жизнь — это путь испытаний на прочность, это путь проб и ошибок. Можно аллегорично сравнить этот путь с занятиями музыкой: сначала у человека возникает желание научится играть на инструменте, например, на фортепиано, потом он начинает пробовать, движения по клавишам  получаются иногда смешными, неуклюжими; со временем запястье привыкает к правильной постановке. И чем больше человек проводит времени за этими занятиями, тем быстрее приходит уверенность в собственных силах. Он становится хорошим музыкантом.

- Спасибо тебе, моя норковая шуба, за поддержку в сложные периоды. Ты научила меня прислушиваться к себе, понимать, что для меня важно, чего бы мне хотелось. Теперь я живу по своим законам, только так, как хочется мне в конкретный момент, в конкретный день. Всё, что я люблю, приятные для меня занятия,  поддерживают меня в хорошем расположении духа и отвлекают от пессимистичных мыслей. Я не боюсь пробовать. Мне интересны новые виды деятельности, неиспробованные ранее,  танцы, клубы по интересам, кулинарные подвиги, волонтёрство. И мне стало интересно жить. Я дала себе шанс!

- Да, Полина, ты дала себе шанс. И это прекрасно. Легкая элегантная вещь из ценного меха тебе больше не нужна… Я тебе больше не нужна.

Стало грустно.

На прощанье я еще раз погладила роскошное норковое пальто, полюбовалась ласковой игрой меха.

- Что и говорить, ты права. Норковая шуба имеет необъяснимую власть над многими женщинами. Мы с тобой всегда понимали друг друга и были честны. Обладание тобой делало меня уверенной и спокойной. Я благодарна тебе за всё. Спасибо и прощай, моя милая…


Все последующие дни были наполнены телефонными звонками от Саши.

- Полина, я нашел его. Он живет не в Португалии, а в другой стране. В Сингапуре. Прилетай..

Всё наконец-то стало на свои места, став осязаемым, реальным. Я больше не чувствую себя марсианкой.

Кто он, мой отец? Почему он расстался с моей мамой? Это еще предстоит узнать. И нам лучше всего встретиться и поговорить обо всем лично.

Скоро я услышу его голос.  И у нас будет долгий разговор: о моем детстве, ошибках, боли, печали. О жизни. И мечтах. Мне многое надо сказать ему. И я благодарна за все, что есть в моей жизни, за все, что есть во мне.

Я поблагодарю своего отца за этот шанс жить, который я получила. За сложности, через которые прошла.

Я лечу на прекрасном лайнере в далекую страну и через несколько часов  скажу:

- Папа, здравствуй!

И все станет ясно.

 

 

- Что, эта полоумная опять со своей драной кофтой разговаривает? - спросила санитарка молоденькую медсестру.

- Опять. После авиакатастрофы ничего не помнит. Бормочет что-то бессвязное.

 

 

Рассказы:

Беседы с Норковой Шубой

Кролик Львиное Сердце

Уроки любви и ревности в сентиментальном возрасте

Фарфоровая статуэтка

Дочь дирижера

 

Стихи:

Из цикла "Парижских улочек контрасты..."

 

Об авторе:

Дарвина Ольга Юрьевна

 

Просмотров: 737

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить


МУЗЫКА ПЕНЗЫ

Алина Викман. "НЕ ЗИМА"

Миша Хорев. "МЕТЕОРИТЫ"

Миша Хорев. "ГИМНАСТКА"

Гр."На!Смерть"."БУХАЙ,ВАРРЕЛЛА,БУХАЙ"

Гр."На!Смерть"."СПЛЕТЕНИЕ СОЗВЕЗДИЙ"

 

ИСКУССТВО ПЕНЗЫ

Михаил Мамаев. Амбротипия

ФОТО ПЕНЗЫ

  • enigma sura
  • Описание: Фитнес-клуб Энигма Сура (на базе ДВС)
  • Фотоотчёт концерта "Йорш", 25 февраля 2014 года. Автор фото - Дмитрий Уваров.
  • Автор Роман Куликов
  • Фотоотчёт концерта "Йорш", 25 февраля 2014 года. Автор фото - Дмитрий Уваров.
  • 350 лет Пензе! Концерт Маликова и Пенкина

www.penzatrend.ru

© 2013-2015 PenzaTrend
Журнал о современной Пензе. 
Афиша Пензы в один клик.

Использование материалов возможно
только при наличии активной гиперссылки
на источник, который не закрыт для индексации.

© 2013-2015 PenzaTrend Журнал о современной Пензе.
Афиша Пензы в один клик.