ПензаТренд

KON

КУЛЬТУРА ПЕНЗЫ

I Музыкально-поэтический фестиваль

Вечер Алексея Александрова

Вечер "На Энцелад!"

 Встреча "Время верлибра"

Творческий вечер Марии Сакович

Вечер "В начале было слово"

Встреча "Абсурд. Логика алогизма"

Вера Дорошина "Слова на ветру"

СПОРТ ПЕНЗЫ

РЕКЛАМА

Народный дом. 1910 - 1911

Из воспоминаний Давыда Вярьвильского

Окончание. Начало №24 (384) 2020
Подготовила архив к печати Елена Витальевна Винниченко.

 

Вот в эти годы такое разделение и такое взаимное непонимание появилось во всех сферах нашей общественной работы. Конечно, всколыхнуло наши тихие болота происшедшая в 1905 г. революция. Особенно это заметно было в работе городского Управления, где сформировались две противоборствующие партии: с одной стороны молодые прогрессисты, объединённые с более сознательными и интеллигентными прежними деятелями, а с другой – старые ретрограды. Такое же явление наблюдалось и в земстве, где появился такой же молодой, вроде меня человек – Василий Васильевич  Вырубов, который заставил двигаться земцев. И в глазах нашей высшей администрации, и в губернаторских сферах оба мы прослыли революционерами или, как называли нас, «красными», о чём, как мне удалось узнать, пошли секретные донесения в Петербург. Ну, как не нравилось моему городскому Голове и многим другим, но дело наше завертелось.
Ссуду мы получили и развернули работу. Прежде всего, мы объявили по России конкурс на проект здания «Народного Дома» в городе Пензе, а тем временем стали готовить материалы. На наш будущий Народный Дом потребовалось заготовить большое количество кирпича, и когда я подсчитал, какие будут потребны средства на закупку кирпича у частных фирм, то казалось, что на эту цель потребуется очень большая сумма. Тогда я со своими специалистами-инженерами выдвинул проект постройки собственного кирпичного завода с применением новой техники в обработке машинами, а не руками,  как это было у нас раньше при обжиге в гофманских печах с использованием тепла от остывания готового кирпича. Подсчёт показал, что нам свой кирпич обойдётся гораздо дешевле, и мы полностью будем обеспечены потребным объёмом кирпича. За одну постройку Народного Дома наши затраты на кирпичный завод почти будут окуплены, и тогда завод как бы бесплатно достанется городу для дальнейшей его эксплуатации. Как помню, на сооружение завода потребовалось 40000 рублей, и я убедил Думу в целесообразности его сооружения. Дума утвердила эту затрату, и мы быстро выстроили завод на площади против Мироносицкого кладбища.
Летом 1910 г. к назначенному сроку конкурса мы получили, кажется, пять проектов Народного Дома. Наше жюри остановилось на одном из них. А когда вскрыли пакет с именем автора, то это оказался молодой архитектор из Петербурга Яковлев. Мы вызвали автора. Он приехал к нам с подробным докладом своего проекта и, в конце концов, мы договорились, что он останется у нас, и под его наблюдением будет осуществляться постройка Народного Дома.
В 1911 году 19-го февраля было общероссийское торжество – 50-тилетие освобождения крестьян от крепостной зависимости. И этот юбилейный день мы ознаменовали, помимо разных торжественных собраний, закладкой нашего Народного Дома как памятника Императору-освободителю Александру II-му. Место для Народного Дома мы определили  на одной из наших базарных площадей, и летом позже начались земляные работы.
Надо сказать, что это наше торжество омрачилось одним неприятным инцидентом. У нас было намерение к этому дню выпустить специальный номер нашего журнала «Городской вестник», где были бы помещены статьи к этому знаменательному историческому дню. Мы получили статьи от местных и столичных корреспондентов. Передовая статья называлась «Красное яичко», обложка  журнала была не жёлтого цвета, как обычно, а розовато-красного, и на ней был отпечаток известной картины, как император Александр II читает народу свой манифест об освобождении крестьян от крепостной зависимости. Этот номер журнала предполагалось распространить при закладке Народного Дома. Но нашей губернской администрации не понравился выпуск этого номера, и по распоряжению губернатора в помещение редакции нашего журнала явился полицмейстер и выпуск журнала задержал, опечатав шкаф с очередным юбилейным номером.
Из этого случая можно заключить, какая реакция существовала в наших правительственных сферах после революции 1905–1906 г.
Вместо того, чтобы осуществлять реформы о свободе, в том числе и о свободе слова и печати, которые были Николаем II объявлены в его манифесте, являющемся законом, через несколько лет, когда волна революции утихла, Правительство злобно стало отнимать все эти свободы и яро преследовать и карать прогрессивные начинания народа. Вот, даже в нашем скромном и мирном журнале наши правители нашли какую-то крамолу и, испугавшись его выпуска, арестовали наш юбилейный номер.
По существующим правилам печати, губернатор обладал правом запрета  изданий, но он должен был в тот час же возбуждать судебное дело против редакции. Так губернатор и сделал, и как мне удалось потом узнать, он передал наш номер журнала прокурору для возбуждения судебного дела против меня, как ответственного редактора (фактическим редактором у нас был секретарь Думы Петр Ксенофонтович Соколов). А вечером губернатор пригласил меня лично к нему для объяснений. Губернатором в то время был один из ост-земских вельмож, кажется, латыш, я забыл его фамилию.

Губернатор Пензы Лилиенфельд-Тоаль Анатолий Павлович (1910–1914) – действительный статский советник, камергер Двора Его Императорского Величества. Был он из потомственных дворян, родился 25 октября 1865 г. в Петербурге, служил вице-губернатором в Архангельской и Петербургской губерниях. А.П. Лилиенфельд-Тоаль возглавлял празднества, посвящённые 300-летию царствующего дома Романовых. На посту губернатора А.П. Лилиенфельд-Тоаль пробыл около четырёх лет, уехал из Пензы 9 декабря 1914 г. Жизненный путь его завершился за границей в 1931 г.

Принял он меня в своём кабинете, где сидел за столом, читая наш номер журнала. У нас с ним произошла беседа и некий спор о существующем порядке. Я считал, что изданный Императором манифест о свободах и об учреждении Государственной Думы и Совета как законодательных палат, являлся конституционным актом. Губернатор же, типичный тупой чиновник, реакционер по убеждению, говорил, что у нас никакой конституции нет, а существует абсолютный монархизм. Ну, мы с ним, конечно, не договорились и после ? часовой беседы расстались, каждый при своём мнении. Он со мной, как с заместителем городского Головы, был очень вежлив и даже, попрощавшись, проводил меня из кабинета по залу до выхода на парадную лестницу.
Я узнал, что вице-губернатор, как цензор возбуждавший дело перед прокуратурой в отношении меня, нашёл в журнале какие-то выражения против правительства преступного характера. Между прочим, перед одной из статей был приведён эпиграфом стих Некрасова о манифесте Александра II:19 февраля 1861 г. «Встань ты, вчерашний раб…» и так далее. Так вот, цензор нашёл, что это извращение манифеста царя. В манифесте царь крестьян не называл рабами. Это, конечно, глупо, если и можно привлекать за извращение манифеста, то, во всяком случае, не меня, а нашего покойного великого поэта Некрасова, стихом которого мы воспользовались в качестве эпиграфа. Мне потом рассказывали, что прокурора очень повеселила эта история, он никакой крамолы в журнале не нашёл и от преследования меня отказался.
Губернатор не знал, что с нашим журналом делать. Арестовать журнал он мог, но снять арест мог лишь суд, а к суду привлекать нас было не за что.
Обо всём этом я сделал в первом очередном заседании Думы доклад, который закончил предложением подать жалобу в Министерство на незаконные действия губернатора. Дума согласилась с моим предложением, и дело мы направили в Петербург. Но, к сожалению, там были такие же реакционеры, но ещё большего  масштаба, чем наш латыш, и наша жалоба так и повисла в воздухе, а шкаф с «Вестником» долго ещё стоял в редакции запечатанным, пока не приехал как-то полицмейстер и снял печать.
Вот в каких условиях нам пришлось работать. Мне знакомые чиновники передали, что губернатор после моего визита, в тот же день, направил донос обо мне, как о революционере.
Однако, как ни как, а наш Народный Дом начал строиться. При закладке в фундамент была опущена плита о дате сооружения и с лета 1911 г. постройка начала подниматься из земли всё выше и выше, и благополучно закончилась к 1914 году.
Театральный зал был удачно запроектирован на 2000 зрителей. После сооружения главного фасада, во вторую очередь, должны были быть воздвигнуты боковые корпуса, где были запроектированы помещения под библиотеки, читальный зал, столовые, музеи и другие культурные учреждения. Но по окончании постройки театрального зала наступил 1914 – год войны, а там и 1917 – год революции, и весь проект наш, кажется,  не осуществлён до сих пор.


«Новая социальная газета», №1, 14 января 2021 г. Публикация размещена с разрешения редакции «НСГ». Адрес редакции «Новой социальной газеты»: г. Пенза, ул. Куприна/Сборная, 1/2А. Тел./факс.: 56-14-91.

Просмотров: 27

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить


МУЗЫКА ПЕНЗЫ

Алина Викман. "НЕ ЗИМА"

Миша Хорев. "ГИМНАСТКА"

ИСКУССТВО ПЕНЗЫ

Михаил Мамаев. Амбротипия

ФОТО ПЕНЗЫ

  • Фотоотчёт концерта "Йорш", 25 февраля 2014 года. Автор фото - Дмитрий Уваров.
  • Поросята
  • Фотоотчёт концерта "Йорш", 25 февраля 2014 года. Автор фото - Дмитрий Уваров.
  • Московская, 69. В наличии и на заказ: платья, форма, офисная одежда
  • Описание: Московская, 69. В наличии и на заказ: платья, форма, офисная одежда
  • Контактный зоопарк экзотических животных в Краеведческом музее

www.penzatrend.ru

© 2013-2015 PenzaTrend
Журнал о современной Пензе. 
Афиша Пензы в один клик.

Использование материалов возможно
только при наличии активной гиперссылки
на источник, который не закрыт для индексации.

© 2013-2015 PenzaTrend Журнал о современной Пензе.
Афиша Пензы в один клик.