ПензаТренд

KON

КУЛЬТУРА ПЕНЗЫ

I Музыкально-поэтический фестиваль

Вечер Алексея Александрова

Вечер "На Энцелад!"

 Встреча "Время верлибра"

Творческий вечер Марии Сакович

Вечер "В начале было слово"

Встреча "Абсурд. Логика алогизма"

Вера Дорошина "Слова на ветру"

СПОРТ ПЕНЗЫ

Фитнес-клуб "ЭНИГМА СУРА". Пенза

Многократный рекордсмен
Книги рекордов Гиннесса
по силовому экстриму
в фитнес-клубе "ЭНИГМА СУРА"
в Пензе

РЕКЛАМА

Поэтический сборник «ЭТВАС». Атлантида Запретных Зон

Антон ШУМИЛИН

 

11

 

Пора трогаться

 

Ночь. Февраль. Духовная евгеника.
Мы идём кому-нибудь присниться.
А фонарь похож на шизофреника,  
Белый клевер тает на ресницах.

Мы вплелись в космические танцы,
В бархат эйфории, –  чтобы сутками
Нарушать законы гравитации,
Утончённо трогаясь рассудками.

 

 

***

 

На картах сгорела последняя тушь,
Цветочных мелодий рассыпались схемы,
Огнём и мечом на прозрачном песке мы
Синхронно рисуем слияние душ.

У мраморной кошки лоснится спина:
Живая вода – прерывание нормы...
Мы ищем предел осязания формы,
Легко забывая свои имена.

Трепещет внутри лубяной авангард,
Волнами объятий границы стирая,
От сбывшихся снов до далёкого края
Цветочных мелодий, изменчивых карт...

Неназванный сеет свои семена
В древесные звенья ветвистой цепочки.
Мы ходим внутри прорастающей точки,
Где вещи готовы терять имена...

 

 

Ожидание

 

Вечер. Игры поруганным сном – на асфальте атласном
Ядовитые краски стремятся в сухую пастель,
В подворотнях качаются злые и бледные тени
Продырявленных залпом пустой алкогольной картечи…
Изнутри истекая, спаялась зелёная мгла с

Чуть живым фонарём ожидания девушки в красном,
Погружающей в бело-горячий молочный коктейль,
Закипевших над кожей берёз, безымянных видений,
Нежной росписью губ закольцованной медленной встречи,
Лабиринтовым блеском небесно-нордических глаз.

 

 

Расчленение

 

Пластами пространства меня расчленило,
И я распростёрся кусками по суткам,

Поросшие гневом стальные драконы
Азартно глотают пунцовое мясо.
Поросшие гневом друг друга пасут, как

В кофейную гущу вливают чернила.

В кольце окрылённого дикого пляса
Звереют над небом уснувшей Арконы.

Меня расчленяет, когда ты не рядом.
Но шприц приближений, застряв между пальцев,

Проглотит ненужные миру законы,

И мы, отразившись от стен мавзолея,
Под белую зависть последних скитальцев,
Бредущих по морю разбитым отрядом,

Всерьёз полетаем, зарёй заалея
Над сумрачным небом уснувшей Арконы.

 

 

Источник

 

По нотным ароматам летних трав
И чертежам алеющих зарниц
Мы пронесём источник наших прав
На мириады звёздных колесниц.

 

 

***

 

Отслоился шелестящий корешок
Внереальных внутримысленных кишок,
Как античный герметический фетиш.
Замурлыкал в голове двоичный кот,
Оперение расправилось, и вот
Над землёй и я лечу, и ты летишь.

 

 

***

 

Да, вокруг пустота, невесомость дурного покроя,
Царство
жалких
пародий…
Я живу лишь с тобой – в эпицентре системного сбоя
С двойкой
в двоичном
коде.

 

 

Двойник

 

С небосвода сорвав громовик,
Мы встречаем осенние зори,
И качается жизнь на рессоре
Золотого такси для двоих –

Возрождённых в объятьях горячих
Двуединого чувства судьбы.

Окрыляющий трепет проник
В облака октябристого утра.
И в туманных щитах перламутра –  
Наш сияющий общий двойник,

Возрождённый в объятьях горячих…

 

 

***

 

Фиалкового неба лепестки
В твоих глазах дождём перелились, и
Оттаявших теней шерстинки лисьи
Перешуршали в красные пески,

Разбухшие до ягодок рябин.
Мы пьём вдвоём всеведенье Хаомы,
Наедине наследуя хоромы
Любовно-галактических глубин.

 

 

Моей Судьбе

 

Вы взрываете горизонты всех когда-либо сущих правил,
Разбивая останки прошлых безобразно молчащих стен
О пронзительное богатство рукотворно растущей Прави
И чернильные артефакты на нетлеющей бересте.

Солнце блекнет в шифоне странном. И дыхание лезет в змейку
Нутряного потока света, возжигающего экстаз.
Внутримышечных электричеств налепите на нас наклейку,
Окроплённую океаном ваших бледно-небесных глаз.

 

 

На волне

 

Всё движется тонко и точно
На кромке, внутри и вовне –
Сияют спирали роста.

В твой внутренний мир вникаю,
Что горный хребет в облака:
Взаимностью бродит гроза.

Ты реешь со мной на волне
Под свист ледяного оста –  
Отточено непорочно.

Любая свинцовость легка,
И вечность роится в глазах,
Когда ты со мной – такая.

 

 

Вопросов больше нет

 

На стебле майского утра качается солнце ли,
Пчелиного цвета раскрытым бутоном?

Или мир сегодня до самого края полон цели,
Катарсиса ясных смыслов бездонным стоном,
И светится сам этими пчелиными красками,
Расправляя твои волосы в рыжий цвет?

Не так уж и важно. Ты смотришь ласково,
И этим утром больше вопросов нет.

 

 

Медная сома

 

Тяжесть единого голоса-ветра
Нежится в жерле своих криптограмм,
Мир затворяя в блоху миллиметра,
Жизнь облачая в росы миллиграмм.

Двойственность общего тела весомо
Движется лаской на внутренний зов.
В грудь заливается медная сома
Прядей расчёсанных нами часов.

Огненно, главно, и шейно, и плечно
Капсулы чувств неприлично полны
Даром бесценным – остаться навечно
В храмах твоей безымянной страны.

 

 

Атлантида запретных зон

 

1.

 

Из своих героев чернеет Босх,
Ты – в дороге к дому, я упал на путь
Той тоски, что язвой корявит грудь,
Изнутри кромсает и шепчет в мозг:

«Окунись в метельно-сонливый пруд
Под голодный скрежет сычей и сов,
Наблюдай, как ржавый железный спрут
Примерзает к стрелкам твоих часов.
И под слоем вязкой туман-воды,
Не уняв щемящий сверхзвёздный зов,
Стань писклявой пищей сычей и сов,
Серым гребнем бреда разбейся в дым».

Склеив сплину пару унылых ласт,
Оставляю спруту клыки часов…

Ты приедешь скоро, и скрежет сов
Обратится в тихий хрустальный звон…
Стает бледной синью январский сон
С нашей Атлантиды запретных зон

От необратимо-весенних ласк...

 

 

2.

 

На последнем издыханьи усечённой пирамиды
Схоронились кучевые перламутровые кони,
Откусившие тугую, ветром свитую узду…

Мы с тобою источаем пятикрылые флюиды,
Восседая на огромном полированном драконе,
И на небо водружаем пятипалую звезду.

 

 

3.

 

На палубе воздушного фрегата,
Отлитого из белого титана,
Под листьями кудрявого агата
Рассыпаны бесценные монеты
От времени отрезанных мгновений,
В которых прижимаешься ко мне ты.

Внизу – река, что слёзна и угрюма,
Вверху – что безымянно многогранна.
А в щедро раздобревшем жерле трюма
Нас растворяет ласково и странно…

Мы будем там, где будем вместе,
Анна…

 

 

***

 

Посолю разрез восхода,
зашевелится трава,
зашипят блестящей кожей
змеи, кольцами дымясь.
В паутинные мишени,
что обстреляны росой,
тихо ляжет круглый ветер,
поднимая паруса.
Мы сомкнём свои ладони,
дух захватим, и вперёд –
оплывать цветы каштанов
и качаться на волнах.

 

 

***

 

Паутинки, спрятанные в иней,
Видимы, как падающий голос
В глубину сиреневого леса.

Как медвежья невесомость Винни,
Тучкой полетевшего за мёдом,
Как печаль от радости – на волос.

Видимы, как следствия эксцесса.
Важно знать не то, откуда родом,
Важно видеть то, куда мы рядом…

Ты летишь тантрическим обрядом,
Паутинкой, спрятанной под иней,
Глубиной, отзывчиво-весенней.

А любовь – не это ли спасение?

 

 

***

 

За холодные столбы соляные
И хрустящие сугробы орехов
Содрогается стоглавое эхо
И в пространства вытекает иные,

А сиреневая накипь галактик
Через трещины мерцающей лампы
Тихо падает на мягкие лапы
И ворчит в ногах улыбчивой Шакти.

Из мозаики зари, как из лодки
Всеспасительного деда Мазая,
Зайцы солнца на ковёр вылезают
И садятся на твоём подбородке.

А твоих весёлых глаз звездолёты
Серым отблеском надсеверных вотчин
Мне рисуют, как огонь непорочен
И как сладок путь любви и заботы.

 

 

Итальянское

 

Под корою времён и за пазухой ваз
Сетью трещин на мраморной статуе
На тебя и меня наползает Этвас –  
Почерневшее и полосатое.

Складки моря разглажены ветром из глаз,
И никто, кроме моря, не смотрит на нас.

Беспокойно дыша, вне кормы и бортов
Прорастая, подобно бамбуку,
Бледно-жёлтая плоть итальянских портов,
Трепеща, умещается в руку.

И зеркальные стебли железных цветов
Облака обнимают усами китов.

 

 

***

 

Под коркой лба пылает пламень,
Где зуб на зуб и камень на камень
Не попадает от мелкой дрожи
Того, что всегда и всего дороже.
В глазах содрогается пустыня Гоби,
Ты смотришь в эти пустыни в обе,
И я смотрю на эти пустыни,
Пока Сахара моя не стынет.

 

 

***

 

На поверхности озера зыбкая плёнка неба
Полыхает, колышется, морщится не старея,
Покрывает глухой глубины мягкое тело
И срывает покровы с тяжёлого вздоха счастья.

В этом вздохе и грохот бегущих по рвам коней был,
И ржавеющий гул мироздания в старой котельной...
Мне с тобой бы ещё обойти все миры хотелось
И от приступов яростной нежности не скончаться.

 

Поэтический сборник «ЭТВАС»:

1. Окрылённый голем.

2. Код.

3. Там, за горою.

4. Тупики.

5. Шесток.

6. Масленица.

7. Невидимые двери.

8. Огоньки.

9. О Дне Родины.

10. Обнажение.

11. Атлантида Запретных Зон.

12. Тридесятый километр.

 

 

Другие публикации Антона Шумилина

 

Об авторе - Антоне Шумилине

Просмотров: 622

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить


МУЗЫКА ПЕНЗЫ

Алина Викман. "НЕ ЗИМА"

Миша Хорев. "МЕТЕОРИТЫ"

Миша Хорев. "ГИМНАСТКА"

Гр."На!Смерть"."БУХАЙ,ВАРРЕЛЛА,БУХАЙ"

Гр."На!Смерть"."СПЛЕТЕНИЕ СОЗВЕЗДИЙ"

 

ИСКУССТВО ПЕНЗЫ

Михаил Мамаев. Амбротипия

ФОТО ПЕНЗЫ

  • Фотоотчёт концерта "Йорш", 25 февраля 2014 года. Автор фото - Дмитрий Уваров.
  • Фотоотчёт концерта "Йорш", 25 февраля 2014 года. Автор фото - Дмитрий Уваров.
  • 350 лет Пензе! Водное шоу
  • Пенза против людоедства
  • Автор граффити - Блот

www.penzatrend.ru

© 2013-2015 PenzaTrend
Журнал о современной Пензе. 
Афиша Пензы в один клик.

Использование материалов возможно
только при наличии активной гиперссылки
на источник, который не закрыт для индексации.

© 2013-2015 PenzaTrend Журнал о современной Пензе.
Афиша Пензы в один клик.