ПензаТренд

KON

КУЛЬТУРА ПЕНЗЫ

I Музыкально-поэтический фестиваль

Вечер Алексея Александрова

Вечер "На Энцелад!"

 Встреча "Время верлибра"

Творческий вечер Марии Сакович

Вечер "В начале было слово"

Встреча "Абсурд. Логика алогизма"

Вера Дорошина "Слова на ветру"

СПОРТ ПЕНЗЫ

Фитнес-клуб "ЭНИГМА СУРА". Пенза

Многократный рекордсмен
Книги рекордов Гиннесса
по силовому экстриму
в фитнес-клубе "ЭНИГМА СУРА"
в Пензе

РЕКЛАМА

Крайность. Повесть

Сергей СКОРЛЯКОВ

Религиозно-философская повесть

Пенза
2015

Их жизнь сложилась абсолютно по-разному, но оба они достигли своей «крайности». Один – в тупике собственных размышлений, другой – в рутине социальных противоречий. Судьба сводит их вместе, чтобы раз и навсегда изменить их мысли и жизнь.

   


«Чтобы сделать соус из зайца, надо зайца,

чтобы уверовать в Бога, надо Бога».

Ф. М. Достоевский “Бесы”.

 

 

Вступление

 

Существует несколько видов классификации Бога.

Вид первый: "Бог - Создатель". Создатель ВСЕГО, то есть самого СЕБЯ, ибо Бог есть тело, душа и разум всего мира.

Вид второй: "Бог - Разум". Относится только к человечеству, ибо лишь человек существо разумное. Система слияния всех разумов человечества воедино и влияние их на ход истории и эволюции этого самого человечества является "Богом - Разумом".

Вид третий: "Бог - Тело". Относится не только к человечеству, но и ко всему телесному миру. Является всем материальным миром, одушевленным и неодушевлённым, и влиянием всех частей и родов "Бога - Души" друг на друга.

Вид четвёртый: "Бог - Душа". Как и "Бог - Тело", “Бог - Душа” относится ко всему миру, но только одушевлённому. Являясь жизненной энергией всего живого, он управляет собой взаимодействием всего живого друг на друга, таким образом, не давая всему живому погибнуть навсегда и стать тем самым "Бездушным, но телесным Богом" или безжизненным миром.

 

 


КРАЙНОСТЬ

 


«И ветер опять будоражит листву, и звёзды всё так же горят на небе, и я всё так же один в этом лесу. Этот лес уже стал почти мной. Или я стал его частью. И лишь то, что я ещё думаю, отделяет меня от этого леса и приближает к Тебе. Почему же ты молчишь? Скажи мне хоть что-нибудь! Мне необходимо знать, прав ли я хоть в чём-нибудь! Прав ли я в том, что нас лишь двое в этом мире? Что же мне может подсказать, прав ли я? Или Ты просто не хочешь слышать меня? Или я не умею слышать Тебя? Так научи же меня этому! Найди способ научить меня слышать Тебя! Вода говорит со мной. Я вхожу в воду и слышу её дыхание. Вода заражает моё тело жизнью - и я жив вновь и вновь. Боль уходит, время уходит, а я остаюсь на месте и не могу сдвинуться с мёртвой точки. Я не пошёл ни по чьим стопам и не следую никаким чужим учениям, так как уверен, что все они неверны. Точнее они абсолютно не применимы ко мне, поскольку они придуманы не мною. Может они не были придуманы вообще никем! Они просто были всегда, и я всегда знал о них. Может это Ты вбил их в мой разум, чтобы сбить меня с толку? А кроме меня и Тебя вообще больше нет никого в этом мире, и нет самого мира, а есть только Разум - мой и Твой. И если мой разум не может существовать без Твоего, то и Твой разум - НИЧТО без меня! Может это я выдумал все мысли, всю философию и все религии. Но для кого? Для кого? Для себя самого? А может для Него? Может это не Он выдумал меня, а я выдумал Его? Может быть я - это Он?

Бред! Я захожу слишком далеко в своих рассуждениях. Прости меня! Я виноват! Обещаю, это больше не повторится. Я просто неблагодарная сволочь!  Ты создал этот мыслящий мир для меня, и я благодарен тебе за этот мир, ведь нас в этом мире только двое. А значит этот мир всегда, в любые самые тёмные или самые светлые времена находится в равновесии. Мир всегда находится в равновесии. В мире всё устроено правильно: так, как должно быть. Добра и зла поровну.

Рождение сменяет смерть, смерть сменяет рождение. Смех и слёзы, чёрное и белое. Во мне есть всё это, и всего поровну. Так зачем же я пытаюсь бороться со злом, раз победить его невозможно? Без зла нет добра. Борясь со злом, я борюсь и с добром тоже. Крайность! Осуждение сменяет осуждение. А зачем надо что-то осуждать, раз этот мир правильный? Почему же в правильном мире всё неправильно? Такого просто не может быть! Всё неправильно с различных точек зрения.

Выходит, это не мир неправильный, а точки зрения неправильны, сам взгляд на этот мир неправильный. Вот она реальность! Камень! Камень как безысходность! Моя жизнь безысходна. Камень - это символ безысходности. Что другое, как не он, может быть лучшим символом? Так же, как моя жизнь, лежит он на земле неподвижно, а стало быть - бесполезно. И он будет лежать так вечно, если его не взять в руки и не подвинуть. Верю ли я хотя бы в то, что это возможно, или я потерял даже эту веру? Нет, так дело не пойдёт! Не может всё оставаться на этой мёртвой точке! Я живой, и главное доказательство этого - я могу думать и осознавать это. А жизнь не может стоять на месте. Она должна течь подобно реке, в которую нельзя войти дважды. То есть я способен верить хоть во что-то. Не всё потеряно! Вероятно, что-то ещё должно произойти - нужно только ждать. Ждать, ждать и ждать! Но сколько? Сколько ещё мне ждать непонятно чего? Как я могу верить, если не знаю во что?!

Сколько в этом мире напридумано религий! Христианство со своими заветами, ислам со своими законами, иудаизм со своими правилами… Олимпийские и всякие другие языческие Боги, больше напоминающие простых людей со своими чувствами, то есть ошибками, ведь все чувства ведут к ошибкам. Подчиняясь воле чувств, мы забываем о смысле. И как Боги могут испытывать чувства, если они, по сути своей, и есть этот смысл? Какой смысл прозревшего Сиддхартхи с его вечным перерождением, если разум всё равно умирает? Выходит, что каждая новая жизнь души изначально лишена всякого смысла. Так зачем же верить в то, в чём его нет? Зачем жить, веря в смерть? А Моисей? Тоже хорош! Спас свой народ от рабства земного и привёл его в рабство небесное. Каждый шаг земной жизни прослеживается, просматривается Иегова, и если раб нарушает заповеди, то его нужно уничтожить. Какой же смысл в жизни, если Богу изначально известно обо всех будущих грехах? Выходит, человек обязан постоянно жить в страхе, что Бог может его наказать, то есть убить. Какой же смысл бояться, если смерть всё равно неизбежна?

Христос сделал образ Бога более гуманным, показав его милосердие и любовь к людям. И люди, уставшие бояться, потянулись к этой идее. Но есть одно "но"! Бог не может являться существом, но есть некий всевидящий и всезнающий Разум. Человеческий же разум не способен это представить, следовательно, и понять. Человек так устроен, что способен верить только в то, что видит. Христос был вполне материальным и вдобавок ко всему, говоря о любви Бога к своим детям, просил всех тоже любить друг друга, так же как и он сам любит всех. Гораздо проще увидеть Бога в нём, чем в общей вере, да ещё и в её отсутствии.
Выходит, разум не способен верить вовсе. Выходит, вера не поддаётся разуму. Так зачем же Ты создал разум, не дав ему способность верить в Тебя? И зачем нужна вера, которую не понять разумом? Ты создал столько религий, и все они, в конечном итоге, могут быть поняты и оценены только разумом. А с учётом того, что разум рано или поздно всё равно умирает, все они лишены всякого смысла. Так какая же разница во что не верить? Бессмыслица! Бытие не может быть бессмысленным! Смерть разума убивает весь смысл бытия. Может быть разум бессмертен? Да, конечно, именно разум, а не душа! Что если душа, тело и всё, что меня окружает, подчинено разуму. Именно разум является центром, первоисточником и создателем всего, что его окружает. Вдруг смерти нет вовсе!
Но раз мой разум не является Божественным, он не является совершенным, и самая слабая его сторона - это память. И память не только о прошлом, но и о будущем. Время - тоже одно из созданий разума. Давно известно, что время совсем не такое, как мы его представляем. Годы, дни, часы, минуты и секунды придуманы человеком и являются обозначением движения небесных тел: Земли вокруг Солнца (год), Луны вокруг Земли (месяц), Земли вокруг собственной оси (сутки). На самом деле время состоит лишь из трёх частей - это прошлое, настоящее и будущее. С прошлым и будущим всё понятно: до настоящего и после настоящего. А что такое настоящее? Только настоящее является единственно существующим временем в реальности, то есть в материальном и духовном мире. А сколько длится этот миг настоящего? Секунду, пол секунды, сотую долю секунды, миллионную, миллиардную? Но ведь теоретически существует и более короткий отрезок времени, чем миллиардная доля секунды. Например, миллиардная доля этой миллиардной доли и даже ещё в миллиарды раз меньше. Уменьшать реально существующее мгновение можно до бесконечности, а бесконечность противоречит действительности или хотя бы нашему представлению, ибо у всего есть начало и конец (конечно же, в нашем представлении). Часть мысли - в прошлом, часть мысли - в будущем, а что в настоящем? Что может уместиться в миллиардную долю секунды? В отрезок времени, который разум не в состоянии даже представить. По всем законам мироздания должна существовать нулевая точка времени или абсолютный минимум, меньше которого быть не может, то есть полный ноль. Но если настоящее является нулём, то времени не существует вовсе, так как, складывая воедино даже миллиарды нолей, всё равно получается ноль. Бесконечное количество нолей составляет вечность в сторону прошлого и будущего. Если я практически забыл о том, как попал в этот лес, то уж стоит ли говорить о том, что было до момента, который я считаю своим рождением. Вдруг нет никакого рождения, а значит, нет и смерти. Откуда мне знать, что я вообще рождался или умирал, умру ли я или рожусь снова, если я этого не помню.

Отчего я уверен, что умру? Да с чего я это вообще взял? Почему я в это должен верить? Зачем верить в то, что умрёшь, если можно верить в то, что не умрёшь? Вот оно! Нашёл! Нашёл я всё-таки смысл! Я прав, и не всё потеряно. Спасибо Тебе! Ты всё-таки нашёл способ научить меня, показать мне смысл бытия! Но если я не помню, что было ДО, то как я смогу сохранить это знание в дальнейшем? Если мой несовершенный разум сотрёт мою память, то мне снова придётся искать смысл жизни. Снова, и снова, и снова! И так вечно… Вечно обретать смысл для того, чтобы снова и снова забывать и терять его. Возможно, я уже когда-то знал это, но забыл. Должен же быть какой-то выход, иначе весь смысл моего открытия вновь теряется! Похоже, выход один – каким-то образом усовершенствовать разум, чтобы память не стиралась. Сделать разум совершенным - это значит стать Богом. Но совершенство должно быть единым. Значит, Он будет вытеснен мною. А вдруг это тоже происходит вечно и постоянно. Но если всё в моей жизни повторяется вечно, то какой же смысл в стремлении стать Богом, если я изначально знаю, что это невозможно? Если бы я мог стать совершенством, я бы стал им раньше и сейчас был бы им. А если у меня нет начала и если мне дано стать совершенным, то я был бы им всегда. А раз я несовершенен, то могу быть абсолютно уверен в том, что никогда им не стану. Вновь безысходность...

Я камень, лишённый всякого смысла. Какой смысл, что я вечен? Что хорошего в вечности? У вечности нет середины, раз нет начала и конца. Так я всегда считал, а теперь понимаю, что середина - это единственное, что есть в вечности. Я и есть эта середина. Боже, каким же я глупцом  был до того, как попал в этот лес. Какие-то глупые проблемы, деньги, работа… Вся эта бытовуха... Какой это всё бред! Зачем всё это надо? Во всём этом нет никакого смысла изначально. И если предположить, что кроме меня всё же кто-то есть в этом мире, то какие же все идиоты и слепцы! Неужели никто не умеет думать? Ладно - верить, но - думать! Если легче жить, не думая о смысле жизни, то зачем же люди всё для себя усложняют? Не найдя главного смысла, все находят смысл в какой-то ерунде и посвящают этому всю свою жизнь. Боже, какая глупость! Какой бред!

Как мне хорошо здесь, в этом лесу! Как спокойно, тихо, легко! Как я устал от этой глупости! Являясь частью системы, ты начинаешь зависеть от неё, начинаешь равняться на неё, подражать ей. А ведь я сам её придумал для себя, чтобы мой разум был занят хоть чем-то, кроме поисков смысла жизни, чтобы не было времени во что-то верить… Но теперь я один… Абсолютно один… В материальности есть только моё тело, эта одежда, эта землянка и этот лес. Всё просто, и больше не надо ничего. Пока я не научусь не видеть себя материальным, плотским существом, всё это мне нужно. Но только это - и не более. И уж точно мне не нужен никто в этом мире!

Но что это? Кто это? Человек?»

Человек привстал и увидел ещё одного человека, спускающегося в землянку.

- Сиди на месте! Нет, не двигайся! Сказал - не двигайся!

- Что это - пистолет? Бред какой- то!

- Куда пошёл?! Сидеть!

- Руки прочь от меня! Да что ты вообще такое? Ничто! Ну и ладно, чёрт с тобой! Сижу. Что дальше?

- Знаешь, пожалуй, я свяжу тебя. Мне так будет спокойнее.

- Бред! Полный идиотизм!

- Я погощу у тебя здесь какое-то время. Если будешь себя хорошо вести, не трону, не убью.

- Мне уже начинать смеяться?

Смеяться? Над чем ты хочешь смеяться, над собой? Давно ты в этой берлоге находишься? Ты кто вообще? Монах что ли какой-то? А где иконы или что там у вас должно быть?

- Ничего нет и ничего быть не должно. Какие ещё иконы?

- Ну, я не знаю! На что вы всегда молитесь?

- Как ты меня нашёл?

- Друзья сказали! Они прошлым летом здесь охотились и видели твою лачугу. Объяснили мне приблизительно, где она находится. Я думал, в ней нет никого, а здесь ты.

- Зачем же тебе нужна лесная лачуга?

- Не твоё дело! Где ещё в лесу ночевать прикажешь? Не волнуйся, надеюсь, я ненадолго задержусь. Вот сделаю кое-какие дела тут по близости - и уйду. Будешь снова один отшельничать дальше.

- Нет, пожалуйста-пожалуйста, Вы мне нисколько не помешаете. Тем более, я связан. Пожалуйста, присаживайтесь ...

- Заткнись! Ты думал, я с тобой тут дурачиться буду? Ты не понял? Пистолет заряжен, а я не добрый Дед Мороз, зашедший на огонёк.

- Ты тоже ничего не понял… Ты думаешь, меня пугает твой пистолет? Ты думаешь, меня вообще что-нибудь может напугать?

- Всё, ты меня достал!

Человек размахнулся и ударил связанного пистолетом по голове. В глазах монаха всё потемнело на какое-то время, он повалился на бок.

Через некоторое время он пришёл в себя, сел в прежнюю позу и невозмутимым взглядом посмотрел в глаза непрошеному гостю. Человек сделал шаг назад. В его глазах на какое-то мгновение появились испуг и растерянность. Но, собравшись с духом, он с яростью крикнул:

- Ну чего вылупился? Мало? Ещё хочешь?

Монах был абсолютно невозмутим.

- Ну что молчишь? Я предупреждал тебя! Сам виноват!

- Ты что так испугался?

- Кто испугался? Я испугался? Кого? Тебя?

- Не меня, а себя самого. Разнервничался-то как, разволновался! Как будто это я тебя ударил.

- Это ты у меня сейчас разволнуешься! Героя захотел корчить?

- По-моему, это ты здесь героя корчишь. Пистолет в руке - уже герой!

- Причём тут пистолет?

- Хорошо, пистолет не причём. И в тебе ничего героического нет, если ты боишься даже с пистолетом в руках.

- С чего ты взял, что я тебя боюсь?

- Зачем же ты меня связал, если не боишься?

- Могу развязать! Я не боюсь, просто так спокойнее…

- Сам же видишь, что это бред, детские отмазки.

- Да что я с тобой тут вообще разговариваю!

- Опять бежишь от страха?

- Да пошёл ты!

Человек, махнув рукой, резко развернулся и вылез из землянки наружу.

- Придурок! Спятивший от одиночества придурок! - выкрикнул он, присаживаясь на корточки.

Немного успокоившись, он достал сигарету закурил и задумался.

«Сколько он уже, интересно, в этой землянке живёт? Неужели всё время один! Я бы, скорее всего, свихнулся здесь. Да, он, видимо, свихнулся! Или ему просто терять в жизни нечего. Не понимаю таких людей. Как можно бросить всё и уйти жить в лес! Абсолютно один! Что он тут ест, интересно? Ни ружья, ни какого другого охотничьего оружия вроде бы нет. Возможно, он и ни монах никакой вовсе. Ни икон, ни креста на стене, ни книг никаких божественных, да и одежда какая-то не монашеская. Просто бомж, видимо, какой-то. Да что же бомж в лесу забыл? Они обычно живут в колодцах каких-нибудь, в люках, в подвалах. А этот - в лесу. Точно - псих! Из дурдома сбежал когда-нибудь. Или преступник он беглый. Прячется здесь. Правильно, преступник! По нему и видно! Я в него пистолетом тычу, а ему по фигу! Повидал, видимо, за свою жизнь таких, как я. С ним ухо в остро держать надо! Пришить, пока не поздно - и не париться! А вдруг у него оружие где-нибудь в землянке всё же запрятано? Сейчас развяжется и…»

Человек быстро вскочил и побежал назад, держа пистолет в вытянутой вперёд руке. Монах сидел в той же позе, что и раньше, точно с таким же невозмутимым выражением лица.

- Что ты на меня так смотришь? - крикнул взволнованным голосом гость.

- Я тут подумал - ты не развязывай меня пока. Ты ведь говоришь, что ненадолго здесь задержишься. И тебе, и мне так спокойнее будет.

- Я не знаю,  насколько я задержусь. Это не от меня зависит.

Человек нервно ходил по крохотной комнате, осматривая её мечущимися глазами.

- Ты что-то ищешь? - поинтересовался монах.

- Ничего я не ищу! - крикнул человек

«Вот назойливый! – подумал он про себя. - Под дурачка косит… Под лавкой нет, под столом тоже ничего… А надёжно ли я его связал?»

Он быстро обошёл монаха и проверил верёвку, которой были связаны его руки.

«Надёжно! Теперь его обыскать надо».

Человек принялся обыскивать монаха, обходя его вокруг. Не найдя ничего, он громко и с яростью воскликнул:

- А ну, говори, где оружие прячешь, тварь? Я знаю, оно у тебя есть!

При этом он ткнул пистолетом монаху в лицо, которое оставалось, как и прежде, невозмутимым.

- Если ты знаешь, что оно есть, то должен знать где. Я этого не знаю, поскольку уверен, что у меня нет никакого оружия, но вижу, что убеждать тебя в этом нет смысла, ведь ты уверен в обратном.

Человек присел на корточки.

- Ладно, чёрт с тобой! Нет - так нет! Знаешь, я тебя, пожалуй, всё-таки развяжу. Холодно становится, а топить твою хибару я не собираюсь. Иди за дровами!

Не вставая с места, он развязал руки монаха, которые за это время немного затекли. Монах взглянул на недавно связанные запястья так, будто не видел их несколько дней, потом молча встал и вышел из хижины. Человек присел поудобнее и расслабился. Его лицо наконец-то стало спокойным.

«Не преступник и не убийца он никакой! Просто отшельник. Мало ли что у человека случиться может! - подумал он. - Просто разочаровался в жизни, да ушёл в лес. Другие вешаются, стреляются, вены режут. Лучше разве? А тут хоть возможность подумать есть. Ведь на самом деле: бегаешь, суетишься всю жизнь… А ради чего? Изматываешь себя только. Находишься в обществе, жизнь свою улучшаешь, друзей новых заводишь, деньги зарабатываешь, баб меняешь одну за другой... А смысл в этом какой? Пашешь, крутишься, как белка в колесе, чтобы денег побольше захапать. Бабы и друзья - все, ясное дело, из-за денег с тобой! Живёшь среди этих уродов, а случись беда - так никого нет, и не нужен ты уже никому больше! И что остаётся?»

Ночь плавно спустилась на лес и закрыла всю его необъятную красоту крыльями летучей мыши. Хотя в лесу из-за густоты деревьев практически не было места, где бы было видно небо, монах, возвращаясь в землянку с дровами, всё же иногда поднимал голову вверх, чтобы полюбоваться на звёзды. Они - единственное, что до сих пор удивляло его в этом мире, который он называл материалистическим. Другой же мир – внутренний, мир разума, мир сознания и подсознания - до сих пор оставался для него непонятным, непознанным и необъяснимым. Именно это постоянно держало его в напряжении, настолько сильном, что не давало расслабиться ни на мгновение, и именно из-за этого ничто не могло удивить его в мире материй. Поэтому лицо монаха всегда оставалось невозмутимым. Оно оставалось таким уже несколько лет. Время и одиночество оставили свой отпечаток, его лицо как будто разучилось менять выражение. Сам же монах всё-таки очень удивился появлению в своей землянке человека. Он так давно никого не видел, что встреча с незнакомцем представилась ему настоящим чудом.  

«Странно! Его появление здесь не случайно. Я же хотел, чтобы что-то произошло. Неужели это - то самое? Но что это может изменить? Вернее, как использовать это, чтобы изменить всё? Стоп! Я к этому слишком материально отношусь. А если Его нет, а я просто захотел перемен, и этим желанием создал Его для себя. Выходит, я - его создатель. Выходит, если существуют только два разума, мой и Божественный, совершенный, то, возможно, роль создателя лежит на мне, а не на Нём. Его же роль, получается, роль регулировщика уже созданного мной. Я создаю для себя то, что мне надо, хотя и не понимаю зачем. Он даёт мне возможность создавать и делает моё создание нужным мне, то есть полезным. Всё сходится: я – творец! Я сам делаю свою судьбу. Все люди из моего прошлого были мне не нужны. Вернее, они мне мешали. Своей бытовой сущностью они перекрывают путь к познанию. Но что, если я сам создал их в себе, для себя? Выходит, я сам противился познать своё истинное предназначение. Подсознательно противился. Тогда именно подсознанию отведена роль создателя.

Но зачем нужно появление этого человека здесь? Возможно, я слишком всё усложняю? Возможно, я всё же один в мире. А возможно, кроме моего и вселенского разума и их борьбы, есть что-нибудь ещё. Вдруг это всё не мираж! Вот оно! Встретился с человеком и вновь рассуждаю как смертный. Я не могу быть смертным. Если кроме меня в этом мире ещё кто-то есть, точнее, есть всё, то выходит, что все бессмертны. Но как же это возможно? Если все люди бессмертны, не осознавая этого, то почему же они сами себя считают смертными? Ведь у всех людей разные судьбы, разные мысли и, самое главное, разный возраст. А если и возраст, и физиология умственного развития не имеют значение, и все люди теряют разум одновременно и одновременно обретают его вновь. Возможно, скопление всех разумов и являет собой Вселенский Разум?

Как же люди умирают и рождаются? Возможно, только те, которые рождаются и умирают, не настоящие, не существующие. Почему я вечно противоречу сам себе? Я выдвигаю всё новые и новые гипотезы, но все они бесполезны, ведь я не могу их ни проверить, ни применить. А у любой проблемы в мире есть две стороны. Я всегда стараюсь поставить вопрос ребром. Боже, я стараюсь услышать свои мысли, но всегда слышу какой-то бред. Бред! Полный бред! Этот человек в моей землянке - просто человек. И я - просто человек. Он просто пришёл переночевать, а вовсе не ко мне. Почему я не должен быть смертным? Почему в жизни должен быть какой-то смысл? Почему я решил, что весь смысл в разуме? Только потому, что разум - единственное, что может быть осмысленным? Как я мог возомнить себя чем-то или кем-то вроде Бога? Создатель! Это я-то создатель? Я даже не умею верить! Я никто! Никто! Я даже не могу понять, что я хочу понять! И вообще, для чего я хочу что-то понять? Для чего? Если я изначально не являюсь совершенным Разумом, значит, я не могу ничего понять, раз я ничего не понимаю изначально. Стоп! А не боюсь ли я сойти с ума? Не боюсь ли я потерять то, что считаю главным в жизни – разум?»

Размышляя о разуме, монах и не заметил, как пришёл обратно в хижину, с большой вязанкой хвороста за спиной. Весь поход за дровами не занял у него и двадцати минут, но если бы на его месте был кто-нибудь другой, то он мог бы вообще не вернуться. В лесу было настолько темно, что не заблудиться в нём человеку было почти невозможно. Но монах знал этот лес так хорошо, что нашёл бы дорогу и с зазанными глазами.

- Ну, наконец-то! Я уж начал думать, что ты сбежал.

- Какой смысл бежать? И куда?

- Да, от себя не убежишь! Но вот ты, похоже, всё-таки пытаешься убежать, здесь, от себя. Точнее, скрыться.

- Нет, ты ошибаешься. Это ты пытаешься убежать от действительности, забивая её какими-то трудностями и проблемами, придуманными тобой самим.

- Эти трудности и проблемы придумываю не я. Их вообще никто не придумывает. Они как из-под земли сами вылезают.

- Сами собою твои мирские проблемы вряд ли могут появиться.

- Мирские? Что это ещё значит? Возможно, они мерзкие?

- Мирские - от слова мир, то есть проблемы в миру. Это проблемы человека, убеждённого в том, что он смертен.

- У тебя нет мирских проблем?

- Нет! Где я - а где мир?

- Ты же всё равно - часть мира.

- Я - часть своего мира. Вернее, не часть, а я и есть этот мир. В этом мире всё происходит именно так, как я этого хочу. Я управляю этим миром, а не он мной.

- Значит, если ты захочешь, небо и земля поменяются местами?

- А зачем менять их местами? Они на своих местах. И я хочу, чтобы всё так и оставалось всегда. Мой мир - это мой разум. Я управляю им, как хочу.

- И моё появление нисколько тебя не затрудняет?

- Нет. Более того, я всегда ждал твоего появления.

- Ещё бы! Ты здесь сколько времени уже один? Небось, одичал совсем? Забыл уж, как люди выглядят?

- Все люди всегда выглядят одинаково. Ничего не меняется в их головах. И ты - яркое тому доказательство.

- И что же у меня в голове?

- Твоя голова, как и все другие, занята совсем не тем, чем надо.

- И чем же, по-твоему, она должна быть занята?

- Ты сам должен понять это!

- Что - это? Ну, что - это? Вот ты говоришь, «не тем», а чем «не тем»? Ты это можешь сказать?

- Хорошо, скажу. Все твои переживания, дела, поступки, мысли - разве всё это стоит того, чтобы умереть?

- В смысле?

- Ты ведь собираешься когда-нибудь умереть?

- Я? Умирать я пока не собираюсь - это уж точно!

- А потом? Когда-нибудь?

- Когда-нибудь все умирают. От этого никуда не денешься. Если ты пытаешься намекнуть, что после смерти я попаду в ад за плохие поступки, то знай, что я в эту дурь не верю!

- Нет, на это я не намекаю. Я и сам считаю бредом утверждение, что после смерти душа попадает в загробный мир или перерождается в другие обличия. Именно потому, что я вижу твоё неверие в это и веру в смерть, я и задал тебе этот вопрос. Так для чего ты живёшь?

- Видимо, чтобы улучшить как-то свою жизнь.

- А зачем, раз ты веришь в то, что рано или поздно всё равно умрёшь?

- Затем, чтобы хорошо жить, пока я ещё живой.

- И ты оказался здесь, чтобы улучшить свою жизнь? С пистолетом в руках? Что у тебя за дело может быть в этом лесу, которое улучшит твою жизнь?

- Тебя это не касается! А в чём ты, интересно, видишь смысл своей жизни? Живёшь здесь один, хуже последнего нищего. Никого не видишь чёрт знает сколько! Или ты всё же время от времени выбираешься к людям из своего леса?

- Нет, я никуда не хожу. И людей я действительно не видел уже очень давно. И я не знаю до сих пор, в чём смысл жизни. Более того, я даже не уверен, что вообще живу, и что живёт ещё кто-то другой.

- У тебя, видно, от одиночества крыша поехала. Ты сам себя слышишь? О чём ты сейчас говоришь, философ хренов? Смысл жизни! Стоит ли жизнь того, чтобы умереть?! Я тебя сначала за монаха принял, а ты в загробный мир не веришь. Монах-атеист, блин!

- Я не атеист. В Бога я верю. Точнее, пытаюсь верить. Изо всех сил пытаюсь! Именно для этого я и нахожусь в этом лесу. Именно поэтому я один. Ты первый мой собеседник за всё время, что я здесь нахожусь.

- Слушай, я сильно устал. Я сегодня чёрт знает сколько километров прошёл по этой дурацкой карте! Давай спать!

Ночь нависла над лесом, который стал полностью невидим: ничего не было видно в нём из-за этой тьмы. Монах бросил в самодельную печь ещё несколько палок и вышел наружу. Облокотившись затылком к дереву, растущему возле землянки, он поднял голову вверх и стал смотреть на звёзды. Он сидел молча и смотрел в небо, как будто ждал, что оно вот-вот заговорит с ним. Посидев так некоторое время, монах тихим голосом произнёс одно единственное слово: «Спасибо».  

Утро наступило. Ведро солнечной краски упало на лес и быстро разлилось в целую палитру лесных оттенков. Человек, спящий в хижине, медленно потянулся, как будто он проснулся у себя дома в тёплой уютной постели, но вдруг неожиданно вздрогнул и вскочил с топчана.

«Чёрт! Я уж и забыл совсем, где нахожусь. Нельзя так расслабляться. Где этот урод?»

Человек окинул взором хижину в поисках хозяина, но не нашёл его.

«Вероятно, ушёл за дровами или за едой. Интересно, чем он тут питается? Хотя, плевать, главное - у меня еда с собой!»

Человек залез в свою сумку рукой и вытащил оттуда свёрток. Это была буханка хлеба и сало, завёрнутые в газету. Он развернул еду и начал медленно есть.

«Сейчас немного подкреплюсь и пойду искать эту дачу. Хоть бы тот, кого я ищу, уже был там! Не хочется задерживаться здесь надолго. Чёрт, горло побаливает! Простыл, видимо. Как бы не расхвораться!»

Вдруг дверь в хижину приоткрылась, в неё зашёл монах с вязанкой дров в руках.

- А-а, это ты! Я так и подумал, что за дровами ушёл.

- Как спалось?

- Нормально! Только горло чего-то побаливает. Есть будешь?

- Спасибо! С удовольствием.

- Бери. Угощайся. Небось, уже давно нормального хлеба не ел?

- Да, очень давно.

- А что ты тут вообще ешь?

- Что подвернётся! Когда рыбы наловлю, когда грибов насобираю, когда зайца какого-нибудь полудохлого найду. Несколько раз даже оленей убитых находил. Где-то на пару месяцев хватало. А в основном, рыба да грибы. А уж когда вообще ничего не найдёшь, можно и земли пожевать.

- Ужас! Как можно есть землю?

- Можно! В жизни можно всё.

- С ума сойти! Ладно, ешь, а я пока по своим делам схожу. Кстати, где тут неподалёку дачный посёлок находится?

- Километров 10-12 отсюда в сторону восхода Солнца.

Человек быстро приподнялся и ушёл. Выйдя из хижины, он сразу же отправился на восток и лишь через некоторое время достал из кармана кем-то нарисованную от руки карту. Человек, не останавливаясь, стал рассматривать её. Другой рукой он достал из кармана пистолет.

Через несколько километров, как и говорил монах, лес закончился, и взору человека открылась территория дачного посёлка. Это были не просто дачи. Они принадлежали правительственным чиновникам. Вся кремлёвская элита отдыхала в этих коттеджах. Конечно, высокопоставленные личности больше любили проводить свои отпуска где-нибудь на морях, поэтому эти охотничьи  угодья, чаще всего, пустовали. Кремлёвские «шишки» приезжали сюда по особым случаям. К примеру, на день рождения одного из членов круглого стола или на большую охоту. Именно такого случая и ждал человек, пришедший в этот лес.

Конечно, он не случайно оказался в этом лесу. Этот человек был наёмным убийцей, отправленным с миссией «убрать» одного политического деятеля, который вскоре должен был приехать на традиционную сезонную охоту. Он приезжал сюда каждое лето на несколько дней в самом начале своего отпуска в сопровождении охраны. Киллер хорошо знал об этом. Единственное, что он не знал, это точную дату, когда прибудет его жертва. Именно поэтому он приехал сюда чуть раньше начала правительственных отпусков. А поскольку на дачах всегда были представители кремлёвской охраны, он должен был остановиться в лесу. Заказчики тоже были далеко не последними людьми в Кремле, хотя и занимающие менее высокий пост. У них не было дач в этом элитном посёлке, но они всё же несколько раз бывали на большой кремлёвской охоте и на пышных местных гуляниях в честь дня рождения какой-нибудь кремлёвской «шишки». Именно во время охоты они и нашли в лесу хижину монаха и нарисовали убийце карту. Но киллер пришёл сюда слишком рано. Увидев, что у дачи номер «9»
нет машин, он понял, что жертва ещё не приехала, и отправился обратно в лес.

Время в лесу шло очень медленно. Киллер, привыкший к постоянной городской суете, просто умирал здесь от скуки. Считая себя очень гордым и высокомерным человеком, он, на своё собственное удивление, часто занимался сбором сухих веток для хижины, ловлей рыбы, сбором грибов. Короче говоря, что угодно, лишь бы не сидеть на месте. Так прошло три дня. Каждый день киллера начинался с похода к дачному посёлку. Но тот, кого он так сильно ждал, не приезжал. В лесу всё было слишком спокойно. И от этого спокойствия, голова шла кругом. Киллер с большим удивлением взирал на вечно спокойного монаха, пытаясь понять, как он здесь мог находиться столько времени абсолютно один. Прошедшие три дня казались ему вечностью.

- Послушай, вот смотрю я на тебя и не могу понять, зачем ты здесь? Меня обстоятельства заставили сюда прийти. Я тут три дня всего, но уже на стену лезть хочется от однообразия. А ты? Сколько ты здесь уже находишься? Год? Два?

- О, нет! Гораздо больше.

- Больше? Сколько? Десять лет?

- Может и десять, может и пятнадцать. Я не считаю времени. Время везде и всегда разное. Там, в том мире, откуда ты, есть дни, недели, месяцы. Здесь только тепло или холод, а день тут всегда один. Вчера, сегодня, завтра – всё одно и то же.

- Да как же так можно жить?

- А почему же так нельзя? Вот сколько тебе лет?

- Двадцать семь.

- А мне всего один день. Ты запоминаешь жизнь по событиям, которые в ней происходят. У меня не происходит ничего. Изменения только в мыслях. Думаешь, можно запомнить, о чём я думал в какой день, если нет ни чисел, ни дней недели? Имеет значение вчера и завтра, если я живу только сегодня? Нет, не имеет! Ни вчера, ни завтра нет вообще! Есть только сейчас.

- А я? А моё появление в твоей жизни - разве это не запоминающееся событие?

- Конечно, запоминающееся! Ты здесь уже три дня. Зачем ты здесь, говорить ты не хочешь. Говоришь, важное и секретное дело! Когда ты его наконец-то доделаешь, ты уйдёшь. Какой смысл ты внёс в мою жизнь? Я ещё сильнее разочаровываюсь в человечестве!

- Так ты разочарован в человечестве?

- Да, разочарован.

- Чем же оно тебя разочаровало?

- Всем! Всем своим однообразием, всей своей мерзостью, невыносимой глупостью и, самое главное, своей смертностью.

- В смысле, смертностью?

- Ты не знаешь значения слова смертность?

- Знаю, но причём здесь она? Все люди рано или поздно умирают!

- Я так не считаю. Умирает только тот, кто живёт, чтобы умереть. Возможно, мы только думаем, что умираем! Возможно, мы живём вечно, но не понимаем этого!

- Ты хочешь сказать, что смерти нет вовсе? Как же ты это объясняешь?

- Очень просто! Это я в состоянии понять. Мой разум так устроен, что не в состоянии представить, что меня нет и нет разума, а значит, нет ничего. Всё умерло вместе со мной, раз всё это и есть я. Умерев, я не буду помнить день смерти, как не помню и дня рождения. Если понять, что я не рождался, а просто не помню того, что было 43 года назад, то это примерное время моей сегодняшней сознательной жизни. Что было до этого, я не помню, и это ещё раз доказывает моё несовершенство, мою небожественность. Вот Бог, скорее всего, помнит всё про меня. Он выше меня на ступень. Но помнит ли он всё про себя? Возможно, есть кто-то, кто помнит всё про Него, кто выше Него. И так до бесконечности… Мой разум слаб. Он может запомнить всего несколько десятилетий. Потом я всё забуду, и всё начнётся сначала. Но я вижу, как другие рождаются и умирают. Таким образом, я выше их, если я это понимаю. Если, конечно, другие вообще существуют. Но кто-то должен быть ниже меня.

- И этот кто-то – это я?

- Не знаю. Твоя жизнь слишком глупа. Смысл твоей жизни - карьера, деньги, власть. Зачем это, если ты думаешь, что когда-нибудь умрёшь? Все, кто тебя знает, тоже умрут. Всё, что ты сделал в жизни, умрёт вместе с тобой: и хорошее, и плохое. А где грань между хорошим и плохим? Где добро, где зло - решать тебе! Ты хочешь кого-то убить, не считая это плохим делом, - это твоё право.

- Я хочу убить преступника. Это хорошо! Это правильно!

- Конечно, правильно. Добро должно уничтожать зло. Но при этом добро само становится злом, которое тоже когда-нибудь будет уничтожено другим добром. Именно поэтому добра больше, но зло неискоренимо. Добро является добром только в сравнении со злом, и наоборот. Что считать добром, а что злом, на самом деле не знает никто. Несколько веков назад невинных людей сжигали на кострах, устраивали крестовые походы, насильно заставляя всех принимать христианство. И это считалось добром. Сейчас это считается злом, но главный источник этого зла – христианская церковь - считается многими верующими христианами главным источником добра. Были ли те люди, которых жгли на кострах, невинными или виновными в более страшном зле можно гадать вечно. Злое добро, уничтожающее доброе зло, к которому часто относят гуманизм, является высшим добром. Но нередко и доброе зло выдают за высшее добро, маскируя его маской того же гуманизма или демократии. Христос, учивший всех любить друг друга, породил этим добром самую кровожадную религию в истории человечества. Рыцари крестовых походов и инквизиторы убивали во имя добра. Возведённый в лик святых Александр Невский был убийцей, защищавшим православную церковь от католической. Политика на протяжении всей истории прикрывается маской религии, нарушая при этом все её заповеди. Две одинаковые религии, признающие одного Бога и следующие учениям Христа, дрались насмерть друг с другом из-за правильности обрядов и святынь одной и той же веры, пытаясь доказать то, чего сами не в состоянии понять. А нужно ли было всё это, если бы я этого сейчас не понимал? Раз я это понимаю, то всё это Бог выдумал не напрасно. Возможно, в мире нет ни добра, ни зла, а есть только стереотипы, принципы жизни, поиски смысла и всякая остальная чепуха? Так зачем же напрасно забивать ею голову, если и добро, и зло - это ты сам? Думал ли я об этом в те времена, которые я не помню? Считал ли я также? Понимал ли я тогда что-нибудь? А вдруг я и вправду не один? Вдруг смерти нет ни для кого, просто никто не понимает этого? Мы никогда не рождались и поэтому никогда не умрём. Мы живём вечно, но почему-то иногда забываем об этом. И это абсолютно точно и правильно, потому что ни одного разумного доказательства противоречия этому не существует.

- Знаешь, иногда мне бывает страшно. Я просыпаюсь ночью и думаю: что было бы, если бы я не проснулся? Я бы до сих пор спал, был в этом ненастоящем мире. Иногда я даже не хочу засыпать, думая, что мои мысли сейчас отключатся, а появится какая-то подсознательная иллюзия. Отключение сознания – это маленькая смерть. Кто-то так уже говорил про сон, я помню. Это же действительно так и есть. А если я сойду с ума и не смогу думать так, как думаю сейчас? Это же будет то же самое, как если бы я умер! Какая разница?

- Никакой. Ты всё равно будешь жить, даже если не будешь ничего помнить и знать.

- Да, действительно, если я потеряю память, получится, что я умер и потом родился в другой жизни. И я ничего не буду помнить о прошлой.

- Это всё равно, что ты умер и попал на тот свет. Там ты не вспомнишь о том, что жил и умер. Ты просто об этом не задумаешься. А вдруг тот свет или другой мир – это тот же самый наш мир? Вдруг ты уже умирал и очутился здесь, только не помнишь этого? Если бы можно было на сто процентов доказать существование жизни после смерти, то есть загробного мира, что человек окажется там и ничего не забудет из прошлой жизни, и если сравнить смерть с амнезией и предоставить выбор, то я уверен, что все бы выбрали смерть. Страх смерти вызывает именно неуверенность в существование загробного мира. Все боятся смерти потому, что никто не верит по-настоящему! Все верят лишь в то, что они верят. Вернее, даже не верят, а надеются. Знаешь, в чём разница между верой и надеждой?

- В чём?

- Ты считаешь, что можешь во что-то вправду верить?

- Я не знаю.

- Ты веришь в Бога?

- Нет, я атеист.

- А я считаю, что верю. А если я в него и вправду верю, то он есть. Если ты не веришь в Бога, это ещё не доказывает, что его нет. В Библии описано огромное количество чудес, происходивших давние времена: Божественный луч, спускающийся с небес, ангелы, люди, творящие чудеса. Почему Иисус мог сотворить какое-нибудь чудо? Потому что он был одним из немногих, кто умел по-настоящему верить. Верить без всякого сомнения. Я не считаю его Богом. Он простой человек, верящий, что он сын Божий, как и мы все, хотя мы и не умеем в это верить. Поэтому он и учил других тому, как надо верить. Ты, вероятно, слышал историю про то, как он ходил по воде и не тонул? Почему он не тонул? Да потому, что он верил, по-настоящему верил в то, что может сотворить такое чудо. Почему же другой, шагнувший в воду из лодки, чуть было не утонул?

- Он не верил?

- Тогда зачем же он шагнул?

- Он думал, что верит?

- Он верил, что верит! Если получилось у Христа, то почему не должно получиться у меня? Раньше люди были ближе к вере и ближе к Богу. Сегодня слишком много логики. Наука пытается заменить веру. Но одни научные открытия заменяют другие, как и любая логика опровергается другой логикой. Вера, как и любовь, не подчиняется никакой логике. Тут всё просто: либо веришь - либо нет. Почему святые видели ангелов? Потому что они верили в их существование и видели то, что хотели видеть, вернее, что должны были видеть, веря в это. Почему люди истязали себя бесконечными молитвами, постами, обетами молчания и безбрачия, самопожертвованиями, самобичеваниями? Лишь для того, чтобы когда-нибудь получилось по-настоящему поверить, чтобы больше не бояться смерти. А сейчас всё просто: смерти не боятся, потому что о ней просто не думают. Все заняты чем-то другим, по сути бесполезным. Все занимаются чем-то и думают о чём-то лишь для того, чтобы не оставалось времени думать о смерти. А это довольно глупо, если все считают, что когда-нибудь всё равно умрут.

- А ты? Ты сам веришь по-настоящему? Ты ведь сам пытаешься заменить веру логикой.

- Ты прав. Я пока ещё не научился верить. Но я хочу научиться, если это возможно.

- Как же ты узнаешь, что научился?

- Давай проведём небольшой эксперимент. Я возьму любой предмет, скажем, вот этот, - монах внимательно посмотрел на лежащий рядом пистолет, - и попытаюсь поверить в то, что он взлетит. Если он не взлетит, то я не верю в это, а просто надеюсь… Видишь, он не взлетает. Не получилось.

- Получается, ты не веришь!

- Не верю. Если бы я поверил в это, и он взлетел, как ты думаешь, какая бы у тебя была реакция?

- Я бы очень сильно удивился.

- Именно… Удивление! Это вызвало бы удивление и у меня. А если бы я действительно верил, то должен был бы удивиться тому, что он не взлетает.

- Да, интересная теория. Но с другой стороны - полный бред. Всё, что ты говоришь, это же всё теоретически. Ты же сам в этом не уверен до конца. Вокруг нас целый мир, целое человечество, и мы являемся его частью, хотим мы этого или нет. И ведь в это гораздо проще поверить, чем в твою теорию.

- Конечно, проще! Но ведь мы живём не просто так. Мы ищем в жизни какой-то смысл. А какой может быть смысл, если любая осмысленная жизнь всё равно заканчивается бессмысленной смертью? Можно, конечно, предположить, что наша душа бессмертна, передаваясь нашим детям. Это наиболее логичное объяснение. Но как же быть с разумом? Ведь разум всё равно умрёт. Если человек состоит из трёх частей – тело, душа и разум, то именно разум является самой смертной частью. Ведь тело не исчезает после смерти разума, а просто становится бесполезным. Душа, являясь жизненной энергией, живёт в наших детях, если они есть, конечно. Но ведь разуму от этого не легче. Ведь мы считаем себя собой именно разумом. Получается, именно он - наша главная часть. Кстати, у тебя есть дети?

- Нет.

- Вот видишь, в тебе смертно всё, кроме тела, как бы это абсурдно не звучало. Но и тело станет бесполезным, бессмысленным после смерти.

- А у тебя у самого дети есть?

- Да. Был сын. Очень давно. В той жизни.

- Возможно, у меня когда-нибудь тоже будут дети. Но пока я не хочу их. Точнее, не могу себе их позволить, пока не встану на ноги.

- А что если ты умрёшь раньше, чем это произойдёт? Ведь вступив в этот лес с пистолетом, думаю, ты сильно рискуешь. Конечно, можешь ничего мне не рассказывать про свои дела. Но я и так вижу, что в них нет ничего хорошего, и повсюду тебя подстерегают опасности.

- Да, это грязное задание, но я не могу его не выполнить, не могу от него отказаться.

- Как в этой прекрасной, волшебной жизни ты смог докатиться до такого грязного задания?

- Я не считаю, что в жизни есть что-то святое или волшебное. Здесь только одна грязь, и ничего нет, кроме  этой грязи.

- Так зачем же делать жизнь ещё грязнее, чем она есть?

- Я не знаю. В конце концов, не я это придумал.

- А кто? Ты считаешь, что всю эту грязь и мерзость придумал Бог?

- Я не верю в Бога!

- Тогда ты ещё больше противоречишь самому себе!

- Чем же?

- Тем, что отвергаешь Бога. Выходит, это придумали люди, как ты! И ты сам тоже в их числе.

- Это грязное задание придумал не я. Мне был отдан приказ. Я всего лишь пешка в большой игре.

- Как же ты стал этой пешкой? Как попал в эту игру? Ведь всё это не просто так. Каждая пешка, входя в игру, мечтает дойти до конца и стать ферзём.

- Ферзь - это тоже пешка. Он тоже слуга невидимого короля. Он тоже играет по чужим правилам и защищает чужие интересы. У него просто больше полномочий.

- У него просто больше власти! Ты это хотел сказать? Многие стремятся вверх по головам друг друга в чистых и нечистых играх только ради власти. Думаешь, став самым главным и властным, ты будешь чувствовать себя Богом! А ведь Бог - это совсем другое! Бог и власть - полные противоположности. У Бога нет никакой власти. Если расценивать Бога как создателя этого мира и этой системы, то почему же Он ничего не может изменить в своём несовершенном создании? Да потому что у него нет власти даже над тем, что он сам создал.

- Или ему просто на это наплевать, как нашим правителям плевать на нас?

- Какой смысл тогда было всё это создавать?

- Иногда мы создаём что-то, а потом понимаем, что создали бесполезную вещь, которую не стоит переделывать, о ней надо просто забыть.

- Так ты считаешь себя ненужным?

- Нет, я кому-то нужен, именно поэтому я сейчас здесь.

- Так ты считаешь себя кому-то нужным? Что нужно им, нужно и тебе? Задай себе вопрос: тебе самому нужно это задание?

- Самому мне это не нужно. Но если я его не выполню, знаешь, что со мной сделают?

- Выходит, твоими идеями правит простой страх! Потаённые в нас, бессмысленные, бездушные страхи, они грызут нас изнутри. Вернее, они грызут наши души, ведь своих душ у них нет. А мы, в свою очередь, подвергаясь этому безумию и панике, теряем часть своей души, порой даже не понимая этого. Чего же мы боимся на самом деле? Именно боимся, а не опасаемся! Опасаться можно каких-то трудностей, волнений, потери других жизней. А по-настоящему бояться можно только собственной смерти. А если смерти нет? Тогда и бояться, выходит, нечего! Ведь никто не верит на самом деле, что он умрёт. Поэтому и выдумывают загробную жизнь. А ведь по логике нет никакой загробной жизни. Есть только эта. Прожил, умер - и всё! Нет ничего! Никто этого просто не может представить. Ты ничего не видишь, не слышишь, не думаешь. А если умерев и проснувшись в другой жизни, ты ничего не будешь помнить о предыдущей жизни? Откуда ты тогда узнаешь, что умер, если ты живёшь? Я говорю не о реинкарнации, а о другом. Ты уже родился, хотя и не помнишь момента своего рождения и того, что было до него. Возможно, его вовсе не было? Об этом тебе рассказали другие люди. А вдруг и их нет вообще? Вдруг нет ничего, кроме твоего и некого Вселенского Разума. Нет и смерти, ведь умерев, ты также не будешь знать, что умер. Об этом также будут знать другие люди, которых, возможно, самих нет.

- Но ведь мы с тобой сейчас общаемся! Я вижу и слышу тебя, могу до тебя дотронуться, как и до всех остальных. Ты есть!

- Я знаю, что я есть, а насчёт тебя и всех остальных не могу быть уверен на сто процентов. Возможно, мне всё это кажется…

- А если ты считаешь, что меня нет, то зачем ты мне всё это рассказываешь?

- Я это рассказываю не тебе, а себе. Я рассуждаю. А тебя я вижу и слышу, чтобы мне было удобнее рассуждать. Мне трудно познавать смысл себя самостоятельно, и Вселенский Разум, то есть Бог, послал мне тебя.

- Ты просто сумасшедший!

- Я знал, что ты это скажешь, Господи! Я смогу доказать самому себе, что всё это правда, а не безумие!

- Ты считаешь меня Богом?

- Нет, я не считаю тебя Богом. Тебя вообще не существует. Тебя рисует Бог, как и весь мир, а я учусь быть выше этого придуманного мира. Я стараюсь понять Бога, чтобы приблизиться к его уровню.

- Ты хочешь стать Богом? Или ты уже считаешь себя им?

- Нет, я не считаю себя Богом и не стремлюсь им стать. Это все остальные считают себя образом и подобием Его, не понимая, что это означает. Ведь у Бога нет ни образа, ни подобия. У него нет ничего, кроме Разума. И у меня тоже. Но мне приходится постоянно совершенствовать разум, чтобы достичь совершенства, а это невозможно. Если бы я мог стать совершенным, то был бы им изначально. А у меня нет начала, как нет и конца. Поэтому я несовершенен и не смогу никогда Им стать.

- Тогда зачем же ты ломаешь голову?

- Только из-за тебя, Господи! Я не знаю зачем. Это знаешь только ты. И ты заставляешь меня делать это. Зачем? Почему?

- Идиот! Ты просто идиот! Совсем уже спятил в своей землянке. Придурок, ты только послушай себя со стороны! Бог! Совершенство! Не к чему стремиться! Смысл жизни! Какой ещё к чёрту смысл? Нет никакого смысла в этой жизни! Нет! Слышишь меня?! Нет смысла! Есть просто жизнь! Просто жизнь, без смысла! И мы все живём, кому как хочется. Если тебе всю жизнь хочется просидеть в этом дурацком лесу, в этой грязи, - пожалуйста, сиди! Я тебя не отговариваю и не пытаюсь навязать своё представление о жизни, но я так не хочу.

- А как же ты хочешь?

- Я хочу так, как уже живу. Если я выбрал именно такую жизнь, то она меня устраивает. Я так живу пото… - киллера поразил кашель, - …живу потому…

Снова его одолел приступ сильного кашля!

- Чёртов кашель! Похоже, я сильно простыл.

Кашель становился всё сильнее и сильнее. Он исходил откуда-то из самой глубины лёгких.

- А ты что за всё это время ни разу не простывал?

Киллер уже едва говорил. Было похоже на то, что он пытался откашляться и выплюнуть что-то, но у него не получалось.

- Почему же не простывал? Конечно, простывал. Особенно первое время, когда я сюда только пришёл. Когда я строил эту землянку, я почти всё время болел.

- Чем же ты тут лечишься?

- Кипячу воду, завариваю кое-какие травы, потею, а потом всё как-то проходит само собой.

- Какие же травы ты завариваешь? Ты в них хорошо разбираешься?

- Когда живёшь один в лесу больше десяти лет, начинаешь разбираться. Они у меня тут есть. Я сейчас тебе заварю.

Монах достал какую-то железную банку и связку сушёной травы.

- А ты уверен, что это поможет?

- Мне всегда помогало.

Монах осторожно дотронулся рукой до лба своего гостя и произнёс:

- О-о-о, похоже, у тебя высокая температура! Ты весь мокрый.

- Чёрт! Угораздило меня заболеть!

Киллер продолжал кашлять. Монах уложил его на топчан, накрыл какой-то накидкой и принялся варить снадобье.

- Ничего-ничего, сейчас выпьешь, проспишься, пропотеешь и завтра будешь в норме! – приговаривал монах.

Прошло немного времени. Монах заварил траву и напоил своего гостя.

- Теперь спи! Тебе надо выспаться. Всё будет хорошо.

- Спасибо тебе! Ты уж меня извини, что был груб, что связал, ударил…

- Ничего страшного. Хоть какой-то контакт с человечеством, - засмеялся монах, - а человечество всегда жестокое и грубое. Спи!

Ночь тянулась очень долго. Макушки деревьев качались от сильного ветра, издавая при этом сухой треск. Засохшие сучья обламывались и падали сверху, застревая в более низких ветвях. Киллер всё время кашлял и никак не мог уснуть, постоянно переворачиваясь с одного бока на другой. Находясь в полусонном полулихорадочном состоянии, он всё время издавал какие-то звуки и иногда даже произносил несвязанные между собой слова и фразы.

- Чёрт! Это ж надо… Зах… Захворал… Как вообще… Какого… Вот ведь… Что за… Э-э, слышь! Ты чё, спишь что ли? Эй, как тебя там? Слышишь?

- Чего тебе?

- Вот ты говоришь - живём вечно. Вернее, живёшь. Ты живёшь вечно, а меня не существует. Но я уверен, что я есть. Это ведь ты не уверен. А я точно знаю. Возможно, тебя нет? Это что же получается, если есть только мой разум, а больше ничего, то и мира нет, и людей нет, и задания этого проклятого тоже нет? Так что ли? И тела нет тогда?

- А если и нет, что это меняет?

- Что же тогда болеет? Разум что ли? Температура и кашель у разума? Как это?

- А вдруг разум просто представляет болезнь, чтобы отвлечься, подумать о чём-то другом, кроме твоих бесполезных дел.

- Я совсем запутался. Запутался в себе самом. Скажи мне, всё должно было произойти именно так, как произошло, и никак иначе? Мне необходимо было попасть сюда? Я ведь не мог тебя не встретить? Каким образом мы с тобой, две противоположности, могли вообще встретиться где-нибудь? Ведь этого не могло произойти никак! Почему же это произошло? Скажи мне, как мы могли встретить друг друга? Почему ты должен был оказаться в этом лесу? Что ты потерял в этой стране железных дорог?

- А ты что забыл в этом лесу? Что тебя окружало в твоей интересной жизни? Деньги, женщины, друзья, враги, проблемы, радости! И к чему всё это привело? Смотри! Видишь? К пустоте. Пустота! Мир состоит из пустоты. Она опустошает тебя, и ты забываешь про своё истинное предназначение. В мире так много всего, только ничего этого на самом деле тебе ненужно. Из всего этого огромного мира на самом деле тебе нужна самая малость, но именно этой малости у тебя и нет.

-Чего же у меня нет?

- Ничего у тебя нет! Ничего!

- Да, ты прав! Я всегда просыпаюсь и вспоминаю с трудом, что было вчера. Снова всё ни на что не похоже. Выброшенные за борт мысли подобны грязи из-под ногтей. Трудно извлечь их, но с ними легко расстаться... Времена всегда разные… Трудно быть гением в наши дни… Небеса отвернулись. В чём тайна небытия? Кричи - не кричи, а всё одно… Невозможно возвратиться во вчера. Невозможно ничего изменить. Как всё просто и сложно в то же время. Время. Времени никогда и ни на что не хватает! Делаешь кучу дел, решаешь гору проблем, а их становится всё больше и больше. Это затягивает, как трясина, понимаешь? Но затягиваясь в это болото, понимаешь, что тебе это начинает даже нравиться. А потом ты начинаешь от этого зависеть…

- А ради чего всё это?

- Ничего ради! Просто такая сложная жизнь!

- Не понимаю! Зачем такие сложности, не ради чего-то? Получается, сам себе выдумываешь трудности.

- А разве ты не считаешь, что преодолевая трудности, становишься сильнее? Мы крепнем всё больше и больше, преодолевая всё новые и новые трудности, каждый человек по отдельности и всё человечество в целом! Человечество совершенствуется, эволюционирует, растёт. Если бы все сидели, как ты, одни, отдельно друг от друга, человечества вообще бы не было. Пусть мы и следуем разным идеалам, но, в конечном итоге, цель у нас одна - усовершенствовать себя и мир вокруг нас, чтобы жить было проще и удобнее.

- Как же можно, следуя разным идеалам, достичь одной цели?

- Можно! Человечество, наверное, так устроено, что может идти только вперёд. Главное – к чему стремиться! У человека должны быть идеалы. Человек должен следовать идеологическим соображениям.

- Мне кажется, что ты путаешь идеалы с политическими убеждениями. Вера должна быть главным идеалом человека!

- Я не верю в эту глупость! Я верю в действительность, которую вижу.

- Вот видишь, ты всё равно во что-то веришь.

- Я верю в то, что способен понять, поэтому я считаю религию чушью!

- Ты не способен понять что-то, помимо окружающей тебя действительности, потому что ты просто не хочешь этого понимать! Ты вбил себе в голову идеалы, придуманные другими, а сам думать и понимать ты просто не умеешь!

- Возможно, ты в чём-то прав! Живёшь, думаешь, засыпаешь, просыпаешься – постоянно одно и то же... Куда идёшь, что делаешь, кого любишь, кого ненавидишь… А ради чего всё это? Ради чего? Скажи мне, монах, вот ты говоришь: вера, смысл… Вроде бы всё верно! Но есть ли толк в твоих идеях, если их никто не понимает и не слышит? А если даже, как ты утверждаешь, никого нет кроме тебя, тогда вообще нет никакого смысла в твоих рассуждениях!

- Ты же их слышишь!

- Меня же нет!

- Я слышу их! Я думаю сам для себя и о себе, общаясь с тобой.

- Так ты признаёшь, что в споре рождается истина, и, общаясь со мной, ты постигаешь смысл бытия? Так зачем же ты покинул общество, если собеседники необходимы? Зачем отрекаться от поисков истины?

- Истину я обрёл в полном одиночестве. Толпа мешает думать. Поэтому я и ушёл в лес. В итоге все годы моего уединения с самим собой шли к этому моменту, когда я встретил тебя, чтобы удостовериться в правильности своих идей.

- А если бы я не пришёл?

- Пришёл бы другой.

- А если бы не пришёл никто?

- Это абсолютно исключено!

- Почему?

- Потому что я верил, что ты придёшь. Это одно из подтверждений правильности моей теории веры.

- Как же ты всё-таки попал сюда? Ты просто жил и вдруг – бац! - ты ушёл в лес навсегда? Так же не бывает!

- Не бывает! Ты прав. Порой необдуманные поступки резко переворачивают жизнь.

- Что же у тебя произошло?

- Я убил своего родного брата. Мы с ним сильно поругались. Он назвал меня выродком и в сердцах рассказал, что я рождён не от нашего отца, а от какого-то урода, изнасиловавшего нашу мать. Я схватил нож и зарезал его, после пошёл к матери и расспросил её обо всём. Брат был прав. Я, конечно, тогда ничего не сказал матери о том, что натворил! Вернувшись домой, я хотел убить себя, но в последний момент передумал. Испугался! Испугался так, как не боялся никогда в своей жизни! Испугался по-настоящему! В ту же ночь я ушёл из дома. Долго шёл, не понимая и не стараясь понять, куда иду. Не знаю, сколько я шёл дней, или недель, или даже месяцев. Ел то, что находил под ногами: объедки, траву, дохлых животных. Потом оказался в этом месте. Смастерил эту лачугу и остался в ней.

- Сколько же ты здесь уже находишься?

- Я точно не знаю. Думаю, пару десятилетий, по твоим меркам. Или больше. Или я всегда был здесь. Вечно! Имеет ли это сейчас значение? Сейчас я понимаю, что нет. Ничего, в этом мире не имеет значения, даже сам мир! И то, что было в моей жизни, лишь пыль, воспоминания. Какая разница, что было когда-то? Важно то, что есть сейчас! И куда важнее, что будет потом!

- И что же будет потом?

- Потом всё будет не так, как сейчас. Всё изменится. Изменится весь мир, вся система бытия.

- В твоей жизни ничего не менялось более двадцати лет. Почему же всё должно измениться?

- Потому что ты здесь... Тебе легче становится или всё ещё знобит?

- Немного лучше! Вспотел весь. Всё тело чешется, голова, подбородок. Не брился давно. Скоро борода отрастет, как у тебя. Чёрт!

- И чего же в этом плохого?

- А чего хорошего?

- Бог и природа даровали мужчине бороду не просто так. Это символ мужского достоинства. У женщины, к примеру, её нет. Можно, конечно, её сбрить, как можно и отрезать себе ещё что-нибудь.

- Ты не путай хрен с пальцем! Теряя бороду, мужик не теряет вместе с ней достоинства!

- Женщины стали носить брюки, драться, заниматься бизнесом, политикой и другими вещами, которые всегда считались мужскими. Для чего? Для того, чтобы уподобиться мужчине. Вообще-то в феминизме нет ничего хорошего! Как говорил Бердяев:+ «Уже не женщина, но и ещё не мужчина. Ни то ни сё!» Но всё-таки это эволюция, так как женщина подсознательно стремится стать более высоким существом, то есть мужчиной. Мужчина же, сбривая бороду, уподобляется женщине, становясь на неё похожим, а это уже деградация!

- Ты какую-то демагогию разводишь! Царь Пётр всем дворянам порубил бороды, чтобы приблизить страну к цивилизации, к Европе, в которой борода была уже не модной.

- И к чему пришла безбородая Европа? К тому, что в ней огромная часть мужского населения гомики. В России их всё же меньше. Мода ещё не дошла! Опаздывает, как и с бритьём когда-то. Понимаешь, это ненормальное явление. Оно противоречит законам природы, как и свобода разума. Животному не придёт в голову бриться или делать что-то, что противоречит его природе. Но у человека есть разум, а разум греховен. Он греховен именно тем, что стремится к вершине путём нарушения Божьих законов.

- Как это?

- Что сделало из животного человека, из раба свободного? Грех. Именно - грех! Этот первородный грех – стремление к свободе и независимости. Если посмотреть легенду про Адама и Еву, это хорошо видно, только этого никто не понимает. До Евы у Адама была ещё одна жена – Лилит. Она ослушалась своего мужа и за этот грех была изгнана из Эдема. То есть она - первая феминистка. Ева же была создана из ребра Адама. Это не нужно понимать буквально. Поставь вопрос ребром - по сути. А что получается из нашей сути? Правильно, наши дети! Ева была не женой Адама, а его дочерью. После она дала ему «Запретный плод». Что это такое, я думаю, объяснять не нужно. Но все почему-то представляют яблоко, хотя в Библии ни про какое яблоко не говорится. Именно - плод. От этого инцеста появились дети, за что Адам и Ева были изгнаны. Поэтому и говорится: «Первородный грех».

- А причём тут стремление к свободе и независимости?


- Нарушение правил - это уже стремление к независимости. В Эдеме было всё для идеальной жизни, но люди выбрали изгнание. А почему? В Эдеме они жили как животные. Разум там был не нужен, а у человека он был. Человек не вынес рабства разума и, освободив его, согрешив, нарушив законы, поплатился за это. Но потом именно разум помог ему выжить и стать царём на Земле. Поэтому можно сказать, что змей искуситель не врал, когда говорил Адаму и Еве, что если они съедят «запретный плод» с «древа познания», то приблизятся к уровню Бога. Быть владыкой мира все и считают уровнем Бога. Они считают так своим греховным разумом. Но на самом деле всё не так. В Библии «князем мира сего» называют не Бога, а дьявола, ведь именно дьявол и освободил разум человеческий, а возможно, что и создал его. Поэтому дьявол - это враг рода человеческого, ведь лишь человек наделён разумом.
- Так чего же в этом плохого? Разум свободен, мы больше не рабы и можем делать всё что угодно, не подчиняясь никаким правилам!

- Рабом является только тот, кто считает себя таковым. Думают ли животные, что они рабы, если они не умеют думать? Человек же думает об этом постоянно. Даже молясь Богу, говорят: «Помилуй рабов своих», хотя Христос учил всех тому, что мы не рабы, а дети его. «Помилуй детей своих» - звучит глупо! Зачем детям просить любящего родителя о милости? Только раб молит своего хозяина о пощаде и милосердии. К какой же свободе привёл нас разум? К свободе греха или всё-таки к свободе выбора, если под словосочетанием «ежесекундно грешащие» понимается «ежесекундно думающие»? У нас всегда есть выбор между добром и злом, между Раем и Адом. Только проклятый разум выбирает зло и ад, а потом всю жизнь, сожалея об этом, чувствует себя провинившимся рабом и вымаливает своё спасение. Поэтому святая душа борется с грешным разумом, как и добро борется со злом. Без добра нет зла, без зла - добра. Но душа может обойтись без разума, а вот разум без души - нет. Поняв это, можно изменить всё и сделать святым даже проклятый разум. Только в этом случае человек обретает истинную свободу. Человечеству просто необходима религиозная философия, которая наконец-то выведет его из рабства Божьего и приведёт в царство Божье! Кстати, твой кашель прошёл?

- Да, вроде бы уже легче. И озноба почти нет. Так что ты там говорил? Получается, всё дело во мне? Я здесь, и это должно всё изменить в твоей жизни.

- В наших жизнях. Ты пленён социумом, я пленён вечностью. Вот она - наша крайность. Она как камень, под который не течёт вода. Его необходимо сдвинуть с мёртвой точки, не то он будет лежать так вечно. Вечность. О да, вечность! У неё есть лицо, но она способна обезличиться. Я нахожусь в плену у вечности. Она обволакивает меня. Я весь в ней. Но иногда я задаю себе вопрос: я - в вечности или вечность - во мне? Я пленён. Я в плену. О, как это прекрасно - быть в её плену, ведь её вечный плен - это и есть истинная свобода. Но свободен ли я от самого себя? Только я являюсь причиной собственной замкнутости, ограниченности, сдержанности. Зачем что-то сдерживать? Пусть всё будет безудержным, как быстрая горная река! Река мыслей, открытий безумных, умных, обдуманных, и пусть даже бессмысленных идей. Ведь думать - это прекрасно! Думать - значит жить. Я дарю всем этот мир! Мир, не скованный никакими глупыми идеалами. Зачем нужны идеалы, если в этом мире не идеально ничто? Главное - понять, что вся прелесть этого мира в том, что он не идеален, а значит, он идеально подходит для всех нас – неидеальных!

- Вот в этом ты прав! Этот мир не идеален, и мы не идеальны. Зачем же ты стремишься стать совершенным, если понимаешь, что это невозможно?

- Я ни к чему не стремлюсь! Всё в моей жизни каким-то образом происходит само собой, не зависимо от моих стремлений и желаний… Кажется, светает.

- Вот, чёрт, заболтались мы с тобой! Я же утром рано хотел сходить к дачам. Не проследить бы, когда он приедет!

- Кого же ты должен убить?

- Да так, одного политика грязного! Из-за таких, как он, наш народ вечно будет жить в дерьме!

- Вот убьёшь ты его, и что изменится? На его место сядет другой, такой же или даже хуже. Потом третий, четвёртый и так до бесконечности! Система так устроена, сам же знаешь.

- Знаю, а что делать? Задание есть задание! Я - сотрудник секретной службы… Знаешь, после нескольких дней знакомства я бы ни одному человеку это не рассказал! Даже самые близкие друзья об этом не знают! А тебе рассказываю почему-то и не боюсь. Потому что знаю, ты другой, не такой как все.

- Остановись, не делай этого! Всегда есть возможность уйти, сбежать, начать всё сначала, перечеркнуть всё старое! Делая зло, ты лишь породишь новое зло! Ничего доброго всё равно не получится!

- Я знаю. Ты ещё недавно рассуждал, что ни меня, никого другого, ничего материального вообще не существует. А теперь уговариваешь меня не делать зла. Если нет ни меня, ни его, то и зла никакого быть не может! Правильно? Ну ладно, я пошёл…

Человек накинул на себя куртку и вышел из землянки. За эти дни он уже хорошо изучил маршрут и больше не пользовался картой. Он просто шёл вперёд без остановок, минуя овраги, заросли дикой малины и болота. Человек уверенно пробирался через сухие кусты, как вдруг сзади кто-то сильно ударил его по голове палкой. Сверкнули искры, в глазах потемнело, и агент спецслужбы, потеряв сознание, упал на землю. Когда он очнулся, он огляделся и понял, что находится в землянке монаха связанным. Голова всё ещё побаливала. Киллер увидел, что перед ним на самодельном столике лежит его пистолет. Хозяина хижины не было.

«Вот, сволочь! - подумал он. - Так это он меня оглушил и связал! Вот я идиот! Всё ему рассказал, а он вон как! Но зачем? Неужели он и вправду под дурачка косит? Чёрт, сдаст меня! Но зачем? Деньги ему, думаю, не нужны. А вдруг он всё соврал, что пару десятков лет здесь живёт! Вдруг он действительно беглый преступник? Знал же, что никому нельзя доверять! Знал!»

Вдруг послышались звуки шагов, и в землянку вошёл монах.

- Не бойся, - сказал вошедший, - убивать и сдавать тебя врагам я не собираюсь. Я просто пытаюсь сделать добро, предотвратив зло. Не ради твоих врагов, а ради тебя! И ради себя тоже! Я просто не смог бы дальше жить и думать о хорошем, зная, что допустил такое зло.  

- Развяжи меня! Слышишь, немедленно развяжи меня! Ты безумен! Ты просто больной, безумный ублюдок!

- Ты называешь меня безумным, а сам даже не знаешь, что это такое! Безумие! Его часто путают с сумасшествием. Сойти с ума означает потерять рассудок, а безумие - это когда ты обретаешь совсем другой разум, оставаясь в своём. Но ты не можешь вернуться в свой прежний рассудок, вернее, ты этого просто не хочешь! Что-то, что ты узнал или понял, просто не даёт тебе этого сделать. Безумие просто, как всё гениальное, или наоборот. Всё гениальное безумно, но не всё безумное гениально. Между чУдным и чуднЫм узкая грань, а между чуднЫм и чУдным целая бесконечность! Безумие - это как будто ты оказался в тёмной комнате без окон и дверей. Ты не знаешь, как в неё попал, но понимаешь, что выйти из неё невозможно! Ты просто жил, но вдруг оказался в этой комнате абсолютно один! И какая теперь уже разница, что было в твоей жизни до этого момента, если никого больше нет кроме тебя! Вернее, все есть где-то, но тебя нет среди них. И это не смерть, ведь ты думаешь, а значит - живёшь. Это безумие! Ты и темнота, окружённая сплошными стенами непонимания. Никто и не старается тебя понять, потому что никто не понимает, был ли ты вообще. Ты понимаешь, что это конец, и наступает страх. Вечный страх! Впереди у тебя целая вечность, и ничего больше не будет, кроме страха! Ты осознаёшь, что это не конец, а начало. Вот оно - безумие!

- Так всё-таки ты безумен, если знаешь это!

- Можно и так сказать. Точнее, я нахожусь в состоянии, приближенном к безумию. Но всё же я не до конца обезумел, если пытаюсь помочь тебе.

- Помочь?! Ты считаешь, что мешая мне выполнить свой долг, ты мне поможешь?
- Да какой долг?! В этих лесах во время войны было проведено крупное, но плохо спланированное наступление в честь дня рождения товарища Сталина. Оно закончилось полным провалом! Несколько тысяч человек погибли просто так! Не за идеи, не за идеалы, не за Родину, а просто в честь дня рождения вождя. Их принесли в жертву своему выдуманному Богу с человеческим лицом кучка сталинских подлиз. Все эти тысячи тоже выполняли свой долг? А теперь на месте этого братского захоронения другие такие же ублюдки занимаются пьянкой и охотой! На самом деле это охота друг на друга. То, что они используют тебя в своих целях, ты считаешь честью, а их мерзкие приказы - своим долгом! Неужели в твоём мире быть лохом почётно? Возможно, что я и безумен, но я живу так, как хочу!

- Как хочешь? А не система ли привела тебя сюда? Ты осуждаешь меня за то, что я хочу убить одного из этих подонков по приказу других подонков, а сам убил собственного брата! Ты выбрал эту жизнь сам? Нет, за тебя это сделал твой страх и совесть! Великий мыслитель, пытающийся постичь смысл бытия! Чёрт-с два! Ты простой трус, прячущийся в лесу сам от себя и своей совести! Развяжи меня немедленно! Мой клиент может быть уже приехал. Мне надо довести своё дело до конца и уйти наконец-то из этого проклятого леса!

Длинная пауза повисла над их разговором. Монах отвернулся от киллера и, не произнося ни слова, присел на корточки.

- Ты что обиделся? - сменив свой тон, поинтересовался киллер. - Ладно, не обижайся!  Возможно, ты и вправду желаешь мне добра. Спасая чью-то жизнь… Но думаю, ты пытаешься оправдать себя. Знаешь, мы все совершаем ошибки... каждый из нас… в чём-то …

- Я всё тебе наврал! – неожиданно перебил монах. - Да, я всё выдумал!

- Что выдумал?

- Всё: про брата, про мать, про то, что у меня где-то есть сын! На самом деле я ничего не помню. Ничего: ни откуда я, ни как меня зовут, ни как я здесь оказался!

- У тебя амнезия?

- Не знаю. Ничего не знаю. Ты прав только в одном: я очень сильно боюсь. Именно поэтому я здесь, никуда не ухожу и ни с кем не общаюсь.

- Зачем же ты мне соврал?

- Я хотел показаться более человечным, ведь у всех людей есть прошлое. И должна быть, в конце концов, какая-то веская причина, почему я здесь и почему я один!

-Да-а-а-а! Вот дела!

- Знаешь, мне постоянно снится один и тот же сон. Снится мне, как будто я стою в холодной тьме абсолютно один. Абсолютно один! Не просто один, а абсолютно! То есть я один настолько, насколько вообще только можно быть одному! В этом мире никого нет кроме меня. Никого нет настолько, что нет даже самого мира! Только я! Абсолютно я! Непременно, но и неприменимо, только лишь я один! В миллионы миллиардов раз более один, чем это вообще возможно! Хаос! Это не мир, не жизнь, не я. Абсолютный, безоговорочный хаос, необъятный, непостижимый никакому разуму во Вселенной, кроме моего разума и Разума Божественного. Мыслимое и немыслимое, нормальное и ненормальное! Кто же я, если ты – Нечто - ничто? Ничто, отзовись! Отзовись! Сто миллионов раз отзовись! Только лишь я один стремлюсь в тебя поверить по-настоящему! Где же ты? Нет тебе прощения за то, что ты, оставаясь непостижимым, всё же есть!

Монах поднял руки и лицо вверх. Постояв несколько секунд в позе, как бы выпрашивающей небо о милости, он схватил пистолет и выбежал наружу.

- Э-э-э, пистолет оставь! Слышишь! Пистолет оставь! Ты куда?

Связанный человек сделал ещё несколько попыток освободиться, но вскоре поняв, что это невозможно, успокоился и расслабился, опустив голову вниз.

Монах молниеносно пробирался сквозь лесную чащу. Так быстро он не ходил уже очень давно. Его глаза и выражение лица были абсолютно неподвижны. Любой человек, увидевший его со стороны, мог бы подумать, что он слеп. Но почему он идёт с такой скоростью и ни на что не натыкается? Правда, в лесу не было ни одного человека. С таким же успехом он мог бы передвигаться где-нибудь на Красной площади во время какого-нибудь парада, обходя все преграды на своём пути. Прошагав так километров десять и оказавшись на какой-то опушке, он рухнул на колени, а потом кинулся на землю грудью и зарыдал. Это были слёзы, неприсущие обычному человеку. Не слёзы грусти, не слёзы ненависти, не обиды, не умиленья, не жалости, не стыда, не призрения и не радости - это были слёзы непонимания себя самого в себе самом. Слёзы отчаяния в том, что всё не просто в его жизни напрасно, а напрасно вообще: в Боге, в мире, во всём и ни в чём одновременно.

«Лучше бы я был ничем! Лучше бы меня вообще не было! Лучше бы всё это была игра какого-нибудь разума, любого: моего, Божественного, Вселенского, потустороннего! Любого! За что мне такие муки?! Если я хотя бы был уверен на сто процентов, что я это я! Именно я. Моя душа в моём разуме, мой разум в моём теле, моё тело в этом мире, и всё на этом. Я бы просто ощущал себя никому ненужной крошкой во Вселенной и мог бы просто себя убить, уничтожить, стереть с лица Земли. Но нет! Мой разум - это разум, нужный Богу! Без моего тела этот мир не может существовать! И если я умру, моя душа тоже умрёт, потому что я не уверен в том, что у меня есть ребёнок. Я обречён вечно быть в этом замкнутом круге. Ах, если бы можно было убить только разум! Этот проклятый разум! За что же человечество наказано этим разумом?! Сходя с ума, всё глубже и глубже погружаясь в безумие, я буду продолжать думать дальше и дальше, уже не помня, о чём я думал когда-то, о чём я думаю сейчас и буду думать потом…

Что есть человек? Кусок этой Земли. Ведь мы все выходим из Земли и в неё же возвращаемся рано или поздно. Все так это и представляют. Но все, выходя из Земли, не хотят вернуться в неё никогда. А что вдавливает человека в Землю? Нет, не сила земного притяжения и не тяжесть тела! Человека в Землю вдавливать может только, небо. Притяжение действует только на тело. А разум, который не может понять ни вечности, ни бесконечности, ни собственного отсутствия, всю жизнь давит небо. Именно небо, непостижимое, необъятное, непонятное ни одному в мире разуму. А я тут со своими мыслями о божественности! Червяк, бросающий вызов небу! Но что я могу с этим поделать? Любой человек, даже не осознавая этого, всем своим существом, всей своей личностью, жизнью, сознанием и подсознанием, вынужден бросать вызов небу. Так уж он устроен изначально. Даже не вызов - это слишком мелкое определение - он вынужден объявлять войну! Да, именно войну! Человек и существует только для войны. И все войны людей с людьми всегда и везде происходят и происходили только из-за того, что они не в состоянии воевать с небом. Человек всю свою жизнь объявляет небу войну, а когда небо всё-таки принимает его вызов, просто сдаётся, так как не в силах противостоять ему».

Монах привстал на колени. Его плач постепенно перерос в крик, крик - в вопль. Вскинув руки в небо, он провопил этой бесконечности и бескрайности:

- Смотри, Господь, на меня! На меня, втоптанного в твою Землю. Ему не удастся закопать меня ею! А теперь посмотри на него. Смотри! Видишь? Это небо смотрит на меня. Это небо слушает меня. Оно думает только обо мне. Оно хочет влезть в меня, стать мною и втоптать меня в Землю вместе с собой, а потом вернуться обратно. Оно не просто думает обо мне, именно мной оно и думает, и чувствует, и существует всем своим существом. Оно нависло надо мною! Оно повсюду! Оно не остановится никогда! Господи, за что мне это небо?! За что?! Господи, ответь, за что?! ЗА ЧТО МНЕ ЭТО НЕБО?!     

Прокричав всё это с поднятыми вверх руками и взором, монах рухнул на землю и зарыдал ещё сильнее. Слёзы лились из его глаз подобно проливному дождю. Земля всё больше и больше пропитывалась ими. Постепенно превращаясь в грязь, она пачкала лицо рыдающего человека, уткнувшегося в неё.  Плач и всхлипыванья продолжались ещё несколько минут, после чего постепенно стали утихать. Монах стал постепенно подниматься с земли, утирая перепачканное лицо рукавом своего не менее грязного одеяния. Поднявшись, он слегка отряхнулся, ещё раз протёр заплаканные глаза и целенаправленно пошёл вперёд. Он держал маршрут в сторону правительственных дач. Монах хотел увидеть этого человека, по чью душу пришёл незваный гость в его землянку. Он не знал, для чего ему хотелось видеть этого человека, что он хотел ему сказать.

Примерно через час он добрался до посёлка и взглянул на особняки с лесного холма, с которого их было хорошо видно. Потом спустился поближе. На дачах никого не было. Ни единого человека. Весь посёлок состоял всего лишь из двенадцати огромных особняков, правда, располагавшихся друг от друга довольно далеко. Они были отделены высокими металлическими оградами с пиками наверху. Монах подошёл к одному из домов и прокричал:

- Э-э-эй, есть кто живой?! Меня кто-нибудь слышит? А-а-ау-у-у-у! Никого не-е-ет?! Э-э-эй!

Никто не ответил. Он попытался ещё. Снова тишина. Потом ещё несколько раз. Безуспешно. Монах пошёл к другому дому и стал кричать возле него. И в другом доме никого не было. Так он обошёл все двенадцать домов. В посёлке не было ни единого человека. Монах уже собрался уходить, как вдруг где-то вдалеке услышал звук приближающихся машин. Он оглянулся, постоял так пару минут и вскоре увидел вдали автомобили. Монах отбежал  от дач и спрятался за деревьями. Три чёрных автомобиля въехали в посёлок и остановились у дачи номер девять.

«Он это или не он?» - подумал монах.

Он не знал номера дачи, которая интересовала его гостя.

Из машин стали выходить люди в чёрных строгих костюмах. Из среднего автомобиля первым, вышел человек, сидящий на переднем сидении, и открыл заднюю дверь. Из неё вышла женщина в лёгком светло-зеленом платье и шляпе с широкими полями, украшенной искусственными цветами и перьями с одного бока.

Открывший дверцу человек галантно подал ей руку и помог выйти из машины. Женщина осмотрелась по сторонам, придерживая шляпу левой рукой. Следом за ней из машины вылез мужчина в белой рубашке с коротким рукавом и галстуком. Взяв женщину под руку, он отправился с ней к дому. Поднявшись на высокое крыльцо, мужчина открыл замок и зашёл со своей дамой внутрь. За ними проследовали ещё три человека. Оставшиеся трое остались на улице и разбрелись в разные стороны. Постояв ещё некоторое время, монах вышел из своего укрытия и отправился в сторону особняка. Подойдя к открытым воротам, он медленно вошёл в них. Увидев, что несколько человек обратили на него внимание и уже направляются к нему, он, немного растерявшись, сказал:

- Простите, пожалуйста, я хотел у вас спросить, кто эти люди, которые только что прошли в дом?  

- А тебе какое дело? - сказал один из охранников, выталкивая монаха за пределы территории. - Ты кто такой? Что тебе здесь надо?

- Я просто хотел поговорить с вашим главным.

- Иди отсюда! Ты откуда тут вообще взялся?

- Я из леса. Я здесь живу неподалёку.

Вдруг из-за дома появился ещё один человек.

- Что тут происходит? Кто это такой? - спросил он.

- Вот, товарищ полковник, бомж какой-то! Говорит, с главным говорить хочет. Пьяный, по-видимому!

- Бомж? Пьяный? Откуда он тут взяться мог? Вы его обыскали?

- Никак нет, не успели ещё! Сейчас, товарищ полковник!   

Два человека взяли монаха под руки, а третий стал его тщательно обыскивать.

- Вот и всё! - подумал монах. - У меня же в кармане пистолет! На кой чёрт я его взял вообще? Забыл совсем, что он у меня в кармане! Теперь подумают, что я убийца!

- Ничего нет, товарищ полковник. Он чистый.

- Я чую, какой он чистый, - усмехнулся полковник, - вонь на километр! Эй, слышь, ты откуда тут такой взялся? Тебе что надо здесь? Ты кто такой вообще?  

Монах, удивлённый, что пистолет не нашли, ответил:

- Я живу в лесу, здесь неподалёку. У меня к вам серьёзный разговор.

- Какой ещё разговор?

- В мою лесную хижину недавно пришёл человек с пистолетом. Его послали убить какого-то человека, который должен сюда приехать. Я не знаю кого именно, возможно, что именно вашего хозяина. Вы лучше сообщите ему об этом!

Полковник изменился в лице.

- Где сейчас этот человек с пистолетом?

Монах на мгновение задумался:

«Если они узнают, что он в моей хижине, то придут и убьют его! Зачем же я им об этом рассказал! Тем более, пистолета у него теперь всё равно уже нет!»

- Он ушёл! - ответил монах.

- Куда ушёл?

- Просто ушёл. А пистолет я у него украл и выбросил. Он сказал, что без него всё равно не получится убить этого человека и ушёл.

- Давно ушёл?

- Да, дня три назад.

-А ты не врёшь?

- Нет, не вру!

- Ну, хорошо! А он не говорил, кто его послал? Что-нибудь говорил о своём «деле»?

- Нет, не говорил. Если и говорил, я бы всё равно не запомнил и не понял ничего! Я во всём этом плохо разбираюсь.

- А зачем же ты сюда пришёл и рассказал об этом, если он всё равно уже ушёл?

- Чтобы предупредить, что опасность угрожает! Чтобы осторожнее были! Вдруг другого кого-нибудь пришлют!

- А пистолет ты куда выбросил?

- В лесу где-то бросил! Но вы не волнуйтесь - он его точно не найдёт!

- Мы и не волнуемся. Если бы волновались, то охрану бы усилили. Ладно, отпустите его уже!

В этот момент из дома вышел тот человек в рубашке с коротким рукавом и, увидев незнакомца, подошёл к полковнику и спросил его:

- Петрович, что тут происходит? Кто это?

- Павел Семёнович, человек какой-то! Говорит, что в лесу живёт и что к нему недавно киллер пришёл, который на вас готовил покушение!

- Я точно не знаю, на него или не на него! - добавил монах. - Возможно, на кого-нибудь другого, кто сюда ещё скоро должен приехать!

- Кроме меня никто больше скоро сюда не приедет! А где сейчас этот киллер?

- Говорит, ушёл, а пистолет он у него украл и где-то в лесу выбросил, - продолжил объяснять полковник.

- А у него только один пистолет был с собой?

- Только один, - ответил монах.

- Уверен?

- Нет, точно не было! Я смотрел! Он болел несколько дней, не вставал. Лихорадило его. Я все вещи проверил и одежду тоже.

-Да, хреновый нынче киллер пошёл: на министра - с одним пистолетом! Я на зайцев охотиться приезжаю сюда, так три ружья с собой беру на всякий пожарный! Ну, спасибо, что предупредил! И что пистолет выбросил! А ты в лесу один живёшь?

- Да, один.

- Давно?

- Давно уже.

- А почему в лесу?

- Долгая история… Я - отшельник.

- Монах что ли?

- Как сказать, что-то вроде него!

- Петрович, распорядись, чтобы его покормили, переодели. Тебе денег надо или ещё чего-то?

- Нет, не нужно! Зачем они мне в лесу?

-Тоже верно. А чего хочешь?

- Ничего не хочу! И кормить меня не надо! И переодевать тоже! Я пойду, пожалуй...

- Постишься что ли?

- Да, вроде того…

- Ну, как знаешь! Спасибо за сигнал!

- За что?

- За то, что предупредил. Слушай, а зачем он в твою хибару пришёл?  

- Сказал, чтобы подождать, мол, точно не знает, когда вы приедете.

- А хибару свою нам показать можешь?

Холодная дрожь пробежала по спине монаха.

«Он же сейчас там связанный!» - в ужасе подумал он, но старался не подать вида.

- А зачем вам мою хижину смотреть?

- Так просто. Интересно, как ты живёшь в лесу без всего, абсолютно один!

- Лучше не надо! Понимаете, это место моего одиночества! Туда никому нельзя!

- Но этот же убийца туда приходил!

-Но я же его не приглашал! Он ведь сам пришёл!

- Кстати, забыл спросить, как он нашёл твоё жилище?

- Не знаю. Случайно, видимо, наткнулся. Шёл, шёл - и наткнулся!

- Шёл, шёл - и наткнулся? Возможно! Ты уж извини, но мои люди всё-таки проводят тебя до дома! Сам посуди, а если он вернётся с другим пистолетом? Должны же мы знать, где это место находится!

- Тогда хотя бы пообещайте, что не войдёте внутрь!

- Обещаю! Слово члена правления! Только покажешь место - и всё! Петрович, можно тебя на пару слов…

Министр и начальник охраны отошли в сторону.  

- Слушай, Петрович, мне кажется, он чего-то не договаривает! Когда я про хижину сказал, он изменился в лице. Потом начал отмазываться, не хочет, чтобы мы туда заходили.

- Да, Павел Семёнович, здесь точно что-то не так!

- Вы хижину всё-таки осмотрите. Возможно, этот киллер хренов всё ещё там. Только вида не подавай, пока туда не придёте, а то спугнёшь!

- Павел Семёнович, обижаете! Я всё понял!

- И насчёт пистолета ещё расспроси. Возможно, вспомнит, куда спрятал.

- Всё понятно! Сделаем!

- Всё, идите.

Путь по лесу, которым монах повёл людей, был очень длинным. Пытаясь запутать след, он вёл их через овраги, болота и непролазную чащу. Люди иногда что-то записывали в блокноты, что-то пытались зарисовывать, постоянно смотрели на компасы. Пробираясь сквозь кусты и по колено увязая в трясине, они матерились, но не отставали от своего проводника. Через пару часов, промокшие и уставшие, люди всё-таки пришли к хижине.

- Вот мы и пришли, - сказал монах, - теперь уходите!

- Как это уходите?! Ты даже не пригласишь нас войти? - сказал полковник и сделал жест рукой своим людям в сторону хижины.

Люди оттолкнули монаха, который попытался заслонить собою вход, и вошли внутрь.  

- Вы же обещали, что не войдёте!

- Лично я тебе ничего такого не обещал! Это обещал наш шеф, а он и не заходит!

Начальник охраны тоже зашёл вслед за своими подчинёнными. Монах зашёл последним и к огромному своему удивлению увидел, что в хижине никого не было. На полу валялись верёвки, которыми монах перед уходом скрутил пленника.

«Слава Богу! Он всё-таки распутался и ушёл! Повезло!» - подумал монах.

- А что это за верёвки на полу? - спросил полковник.

- Ими он меня связывал, когда только пришёл сюда. Потом развязал.

- Всё чисто, товарищ полковник, нет никакого оружия! - доложил один из подчинённых.

Вы пистолет искали? Я же сказал, что выбросил его в лесу!

- А куда выбросил, не помнишь?

- Нет, не помню!

- Хотя бы приблизительно?

- Не помню я! Шёл, шёл - да и бросил!

- Ладно, пошли парни! Спасибо тебе ещё раз! Если вдруг что-то подозрительное заметишь, или кто другой придёт, или этот вернётся, приходи тогда. И не обижайся, что в хату твою вошли без спроса. Понимаешь, работа такая!

- Понимаю.

- Ладно, бывай!

Незваные гости вышли из землянки и, глядя на компас, отправились назад. Монах присел, положил обе руки на голову и опустил её вниз.

«Дурак! Вот ты дурак! Зачем ты пошёл туда?! Зачем тебе это всё было нужно? Пистолета у него всё равно больше нет! И никого он теперь уж не убьёт! Как же он, интересно, развязался? И куда он ушёл? И был ли он вообще? Возможно, мне это показалось? А как же пистолет? Возможно, и пистолета тоже не было? Они же его не нашли, когда меня обыскивали! Но я же точно помню, что взял его, когда уходил. Почему же его при мне не оказалось? Его не было вовсе? А если его не было, то не было и того человека, которому он принадлежал! А возможно, не было и тех людей, к которым я ходил? Или они были, но не приходили сюда вместе со мной! А если я никуда отсюда и не уходил вовсе? Вдруг мне всё это просто показалось, нарисовалось визуально, приснилось! Вдруг я и сейчас сплю? Вдруг вообще всё сон, что со мною происходит, а на самом деле не происходит ничего? Возможно, нет никакого меня «на самом деле»? Что со мной? Я умер? Или меня просто не существует? Никогда не было меня или вообще ничего никогда не было? Не было, нет, и не будет

! Если бы это было правдой! Вернее, если бы не было никакой правды! Абсолютное Ничто в Ничём. И это я? Нет, это не я! Это не может быть Я! Это Ничто! Просто Ничто! Как же это трудно, точнее, невозможно представить! Просто Ничто! Ничего нет! Абсолютно ничего нет! Нет ни материи, ни мыслей, ни души, ни боли, ни бесконечности, ни времени! Нет мира! Нет меня! Абсолютное Ничто! Как славно, как спокойно! Ничего нет! Какая разница, жив ты или мёртв, если тебя нет, не было и не будет в этом Ничём! Именно так и было до сотворения мира. А Бог? А как же создатель? Даже если не было и Его, и мир появился сам по себе, то из чего он появился? Из Ничего? Из этого Абсолютного Ничего? Материя из пустоты, душа из бездушья, разум из безмыслия, время из безвременья? Как может быть, что у мира нет начала? Легко представить вечность с конца, но невозможно представить вечность с начала. Мы слишком слабы, слишком глупы! Возможно, в нас совершенна только наша душа? Возможно, душа это единственное, что связывает нас с Богом? Бог - это вовсе не Вселенский Разум. Это  - Вселенская Душа. Только душа управляет миром. Нет никакого плана, никакого сценария во Вселенной. Материя появляется и исчезает, управляемая только душой. Мы рождаемся, умираем, как и всё живое, поскольку материя не вечна по всем физическим законам. Вечна только душа, которую материя вынуждена передавать по наследству. Из нашего тела появляется другое наше тело. Предыдущее тело стареет и умирает, и так до бесконечности... И каждому нашему телу дан индивидуальный разум для того, чтобы с его помощью душа не погибла в этом теле, а пошла дальше. Так почему же зачастую именно разум и становится причиной смерти души? Всю жизнь вместо того, чтобы выполнять свою основную функцию, то есть не дать душе умереть, он занимается спасением тела, которое обречено на гибель с самого рождения! Неужели человеческий разум настолько несовершенен, что не понимает этого? Животные, растения, различные бактерии, которые разумом не обладают вовсе, занимаются всю жизнь спасением души инстинктивно. Так, возможно, человеческий разум - это вовсе, не дар Божий, а наоборот - проклятие? Так как же называть людей, которые сами в течение всей своей бессмысленной жизни проклинают свою душу, которая, в свою очередь, является частью Вселенской Божьей Души? Кем или чем можно считать людей, проклинающих Бога? И люди ли они вообще? Добровольное убийство души в тысячи раз страшнее самоубийства в человечески обычном понимании этого слова! Жизнь ради телесных благ, культ денег, власть, слава - всё это мешает человеку обессмертить свою душу, это и есть настоящее самоубийство! А не самоубийство ли - отречение от всего земного? Например, уход в монастырь или в лес, как я? Трата жизни на разум... Какой же ужасный грех - обет безбрачия. Эти самоубийцы живут в своих монастырях и считают себя святыми из-за того, что они убивают Бога! Вот оно - бесовство, да ещё и представленное истинной добродетелью! И всё это придумано разумом - главным проклятием человечества! Но и это проклятие может стать святым, если не ставить его выше души, выше Бога. Если правильно использовать его при жизни, то не придётся на смертном одре сожалеть о том, что зря прожил эту самую жизнь.

Да и не будет никакого смертного одра вовсе, если душа бессмертна! И чего горевать всю жизнь из-за того, что разум смертен? Разве мы не знали этого с самого рождения? Разве мы всерьёз верили в загробную жизнь разума, путая его с душой? Разве мы всерьёз верим, что разум находится в мозге, то есть в теле, а с его смертью каким-то образом переселяется в душу? Так выгодно считать для разума, который является врагом души и учит человека тому, что именно он и есть душа. Но только разум, являясь единственной из трёх индивидуальных частей человека, не передающийся по наследству, как душа и тело, является и единственной мыслящей частью. Именно поэтому он считает себя личностью, а не частью человечества и Бога, которой он является на самом деле, ибо он не может существовать без души и конкретно этого тела. Тело же, в свою очередь, как и душа, передаётся по наследству, так как наши дети являются частью нашего тела. Именно мужское тело способно зародить из Абсолютного Ничто новое тело и передать его женщине для дальнейшего выращивания. В таком теле уже есть душа, но тело пока отсутствует. Так что, скорее всего, первые зачатки разума появляются в новом теле, когда оно находится в теле женщины. Вот вам и Лилит, и Ева, и сожжённые на кострах ведьмы за какой-то грех, который разум отказывается понимать. Возможно, что смертный разум всё-таки передаётся по наследству от женщины, которая, как и разум, тоже является существом смертным. В отличие от мужчины, способного отделить от себя часть души и часть тела обессмертить, по крайней мере, ещё на одну жизнь, женщина способна и обязана лишь помочь мужчине в этом. Женщина всё же принимает непосредственное участие в формировании, росте и появлении на свет нового тела. Женщина подобна природе, так как рождает, вскармливает и взращивает, но не создаёт. Создаёт Бог, то есть создатель. Женщина способна вырастить материю, как и материальная природа. Слова материя и мать однокоренные не случайно. Мужчина же является непосредственно создателем. Поэтому тело ребёнка можно считать совместным достижением мужчины и женщины. Но не душу, так как она появилась вместе с новым телом от мужчины, до попадания в тело женщины. Вернее, не появилась, а отделилась, продолжилась или даже расширилась. Таким образом, если родился ребёнок женского пола, мужчине удалось продолжить свою душу только на одну жизнь. Эта жизнь может быть использована лишь на продолжение чьей-то другой души, которая всё равно является частью общей души человечества, то есть Бога. Именно отсюда и вытекает подсознательная ревность к разуму и телу ребёнка.

При разводе, чаще всего, ребёнок остаётся с матерью. Дескать, если не могу продолжить душу, то оставьте рядом хотя бы тело и разум. Все монархи считались помазанниками Божьими, то есть частью Бога, которым Бог, в лице народа дал власть. Именно поэтому наследники престола должны быть мужского пола. А наследницы должны быть отданы для продолжения рода, то есть души другого монарха. Именно поэтому у всех народов, кроме еврейского, фамилия передаётся по мужской линии. Фамилия является именем души. Имя человека является именем именно этого разума и тела. Отчество говорит об имени разума и тела предыдущего владельца этой души. Если я способен это понять, то я использую и воспринимаю свой разум как дар, а не как проклятие. Дар! Почти любой дар грешен, ибо он, чаще всего, относится к разуму - самой грешной части человека. Любой грех, любое действие, идея, преступление или доброе деяние – это следствие работы разума. То, что разум есть, уже можно считать грехом. Помилуй меня, Господи, ежесекундно грешащего! Грех – это преступление против существующих законов природы, которые одним только фактом своего существования являются правильными законами. Следовательно, всё, что им противоречит, является злом. Аборт или убийство собственного ребёнка является самым страшным грехом. Скажем, убить своего отца - грех менее страшный, чем уговорить или заставить свою жену сделать аборт, так как душа отца уже перешла к сыну и должна теперь перейти дальше - к его сыну. Но убийство отца является более страшным грехом, чем аборт, с точки зрения морали и совести, выдуманных разумом, а не природой. Мораль, совесть и все добродетели выдуманы святым разумом, чтобы не дать проклятому разуму убить душу, то есть, как говорится, для спасения души. Все основные добродетели описаны в любых священных писаниях: Библии, Торе или Коране. Там же описаны все смертные грехи. Именно потому, что эти грехи ведут к смерти души, они и называются смертными. Библия, по сути своей, является книгой по гигиене человечества и Бога, без которого это самое человечество не существует, так же как тело и разум не существует без души. В то же время Библия является и уголовным кодексом человечества, поскольку в ней написаны Законы Божьи. И в этом смысле Бог - это свод законов, он – разум, разум человечества, разум природы, Вселенский Разум. А то, что Вселенная и живущее в ней человечество материально, телесно, доказывает, что Бог ещё и телесен. У Бога есть тело, душа и разум, как у человека, поэтому и говорится, что Бог создал человека по образу и подобию своему. Вернее сказать, что человечество и есть Бог. Всё, что существует в мире, тоже является образом Бога, но понимать разумно это способен только человек. И это великий дар! Использование этого дара против Закона Божьего является дьявольщиной, а способы использования – грехами. Дьявол превращает дар Божий в проклятие. Использовать это проклятие для благополучия тела и разума, убивая этим самым душу, называется «продать душу дьяволу». Люди, продавшие душу дьяволу, называются бесами. Бесы хотя и являются больными людьми, поскольку дьявольщина - это социальная болезнь общества, всё же не заслуживают ни жалости, ни прощенья, ни искупления грехов, так как эти грехи направлены против Бога, то есть человечества. Бесы не способны раскаиваться, исповедь для них лишь оправдание перед собою, но не перед Богом. Дьявол является единственным в мире абсолютным злом. Все его деяния, даже скрытые под маской гуманизма, являются неправильными, ибо противоречат естественным законам природы, Закону Божьему.

Существует несколько разновидностей бесов.

Безопасные бесы – люди умышленно не заводящие детей, то есть не принимающие участия в душе человечества. Но и они являются безопасными лишь на первый взгляд. То, что они убивают свою душу ради благополучия своей БЕСсмысленной жизни, является дурным примером, а иногда даже призывом для других. Это самый невинный способ бесов, имя которым легион, поскольку их много! Цель - набрать новых легионеров в свою бесовскую армию. Самыми яркими примерами таких невинных бесов, которые на первый взгляд вредят только самим себе, являются известные артисты, певцы, музыканты, писатели, художники, шоумены и так далее, чьи жизни все рассматривают как показатели счастливой жизни.
Самые опасные бесы – бесы, рвущиеся к власти, физически не способные заводить детей и стремящиеся поменять естественную вечную жизнь души на искусственную вечную жизнь, то есть на место в истории. Разве можно заменить душевное бессмертие, настоящую вечную жизнь на то, что вас будут помнить, осуждать, хвалить, ненавидеть или обожествлять грядущие поколения? С точки зрения проклятого разума, та память лучше бессмертия, но на самом деле это лишь подобие бессмертия, поскольку любой, даже самый гениальный разум смертен. Бесплодие или другие болезни, не дающие бесу обессмертиться - это кара за грехи, за несоблюдение естественной гигиены человечества и природы, за нарушение Законов Божьих. Иногда эти болезни передаются по наследству и не дают роду дегенератов продолжаться. За наши грехи часто расплачиваются наши дети. К примеру, зависящие друг от друга физические и умственные недостатки, мешающие завести детей, являются следствием родственных связей, которые считаются грехами и даже не рекомендуются по генетическим законам. Семь смертных грехов, описанные в Библии, часто становятся причинами бесплодия или нежелания продолжить род. Опасные бесы опасны для человечества и тем, что из-за своего комплекса неполноценности, вызванного бесплодием или непопулярностью у противоположного пола в связи с умственными или физическими отклонениями, стремятся любыми, самыми ужасными способами попасть в историю, нарушая все заповеди, такие как «не убей», «не укради» и так далее. Именно опасные бесы делают все войны и революции. Именно они издают законы о разрешении абортов и придумывают способы искусственного оплодотворения для создания особей нечеловеческим способом. Зачем уничтожать народ с помощью оружия, если можно внедрить в головы всем идею о том, что заводить детей не стоит, и тогда народ вымрет сам по себе? Именно бесами движет воля к власти, как говорил Ницше. Именно они вершат кровавую историю человечества, поскольку это единственное, что они могут сделать для человечества. Именно они являются абсолютным злом, а их сочувствие или солидарность друг к другу создаёт легион таких же.

Жалеть беса - самому становиться ему подобным! Как писал Лев Толстой: «Если люди злые, объединяясь, являются некой силой, то почему же людям добрым не сделать то же самое? Ведь так просто!» Люди добрые тоже являют собой огромную силу. Поскольку добро является противовесом зла, да ещё и по всем законам Божьим и законам природы возникло раньше, чем зло. Его сила намного могущественней. Добрым человеком называется человек, не продающий душу дьяволу и являющийся частью Бога. А как же все войны? Ведь все воюющие между собой народы являются частью одного Бога. Тут всё не так просто! Раз человечество разделяется на различные народы, то и Бог разделён на несколько Богов, индивидуальных для каждого народа. Народный Бог живёт в народе до тех пор, пока народ един и не воспринимает себя всего лишь частью человечества. Когда это происходит, как писал Достоевский в своих «Бесах», умирают Боги, а от народа остаётся только название – национальность в пятой графе паспорта. Так нужно ли долго думать, кто и для чего эту графу из паспорта убрал? Достоевский назвал русский народ «народом – богоносцем» и был абсолютно прав. Русский человек подсознательно всегда верит в свой народ, то есть в русского Бога и, тем самым, всегда остаётся Богоносцем. Таким образом, народ остаётся народом. И не столь важно, какие в стране религии или политический строй. Молятся ли люди Перуну, Иегова, Христу, Ленину, Сталину или кому-нибудь ещё, русские всегда остаются русскими. Как и многие другие нации. У каждого народа должна быть своя земля, иначе бы Бог не стал делить человечество на нации во время строительства Вавилонской башни. И здесь из всех наций только русские живут на своей законной земле, законной по Закону Божьему, и не имеют комплекса неполноценности народа, присущего всем остальным нациям, которые тщательно его скрывают и маскируют. А ведь дьявол опасен, когда он скрыт. Дьявол является скрытым комплексом человечества. Конечно, нельзя считать бесами всех представителей других наций, проживающих на нашей земле, но именно то, что они подсознательно считают себя малыми народами, заставляет их объединяться, стремиться к власти и достатку для того, чтобы доказать самим себе и русским, что они - сила. Именно этот комплекс и вычеркнул из паспорта графу «национальность». Когда какой-нибудь народ начинает комплексовать и стесняться своей национальности, он перестаёт быть народом. И лишь великий народ способен всегда оставаться таковым.

Народ велик только пока он на своей земле. Величие народа в его непобедимости. Непобедимость в отсутствии комплекса народности. Даже французский историк Маробани описывал победу русского народа над фашистской Германией не как причину более сильного политического строя или многочисленности населения государства, а именно как победу более сильного народа над более слабым. Вторая мировая война была отечественной только для русских и немцев. Для евреев это было спасением от истребления, для англичан и французов – сопротивлением и борьбой за свои права, для японцев и американцев – политикой. Про другие нации, вроде поляков, которые были пассивными наблюдателями, смешно даже говорить как о воюющей стороне.

Конечно, можно поспорить и сказать, что в составе СССР было и множество других наций, кроме русских, без которых, возможно, не было бы никакой победы русских над немцами. Да и во главе страны стоял не русский, а грузинский еврей. Да и всегда-то Русью правили чёрт знает кто! Трое из варяг с самого начала, если, конечно, это правда, а не бред летописцев! Рюрик и весь его род. Да и в Романовых такого намешано! Как, впрочем, и в самом народе. Триста лет татаро-монгольского ига, если оно было на самом деле, войны всякие, торговые отношения, петровские реформы и СССР. Осталось ли в русском народе после всего этого хоть что-то русское кроме идеи? Да и что такое «русская идея»? Точного определения этому понятию так никто и не дал. Какая-то национальная черта или особенность. Возможно, особенность мышления или веры? Так в чём эта особенность?  В непохожести на другие народы? Ну а в чём? В чём эта непохожесть, эта уникальность? Национальные традиции? Так они у всех есть. Что тут особенного и уникального? Все народы подсознательно считают себя избранными, лучшими народами. Считают только себя самым правильным народом. А правильность ведёт к святости. А в чём святость русского народа? В русском народе свято даже то, что не может быть свято самим фактом своего существования. Это грех! Только у нас грех может являться не только национальным символом, но и главным национальным достоинством! Святость с окровавленным топором в руках! Именно это истинное лицо Руси в восприятии её миром. Именно это вызывает гордость у любого русского. Гордость вперемешку со стыдом.

Ещё одна особенность русского народа - это воля. Воля не переводится ни на один язык, поскольку это не понятие. Это чувство. Волю, как и любое другое чувство, можно понять, но невозможно объяснить. Все народы понимают и переводят слово «воля» как свободу. На самом деле это совсем другое. И если ты русский, то ты это понимаешь. Многие люди и некоторые иностранные понятия переводят словом «воля» для того, чтобы их русифицировать. Из-за этого и русские не могут толком понять многое из переведённого. Например, «Воля к власти» Ницше. Я не думаю, что это правильно. Воля – это народная черта. Лишь воля всегда приводит русский народ к победе. Стремление к свободе воли всегда ведёт к победе. Победа любой ценой! Именно это делает русский народ непобедимым, ведь победа любой ценой – цена любой победы. И лишь мы всегда согласны платить эту цену».

Монах и сам не заметил, как его размышления перешли в словесное рассуждение, а последние строки чуть ли не в крик. Вдруг он услышал какой-то посторонний шум и резко замолчал, оглянувшись назад. Шум исходил со стороны входа. В узкий проход землянки вошёл человек, в котором монах узнал своего исчезнувшего гостя.  

- Ты чего тут разорался? - тихо спросил человек, заходя в дверь, как бы и не интересуясь этим.

Вошедший присел рядом с монахом, который на этот раз смотрел на него с удивлением или даже с некоторым ошеломлением, приоткрыв рот и не сводя с него глаз.

- Ты чего остолбенел? Не ожидал больше меня здесь увидеть? Думал, я ушёл? Ты знаешь, я тут подумал над тем, что ты мне наговорил и многое понял. На самом деле, как я живу? Что я делаю? Чего я хочу добиться в жизни? Знаешь, я ведь никого никогда не убивал. Сидел без денег. Тут вот предложили заработать, дали аванс, я согласился. Решил попробовать и понял, что не смогу. Что мне теперь делать? Я рад бы деньги вернуть заказчику, но как? Не поймут! Да и как я вообще собирался вторую часть денег забирать? Наслышан про всё это. Приходит киллер за деньгами, а его самого убивают. Я бы, скорее всего, и не пошёл за второй частью. Какой же смысл выполнять работу? Возможно, лучше слинять в другой город, лечь на дно? Вдруг не найдут! Устроюсь неофициально на какую-нибудь работу. Хату сниму, пока всё не уляжется. Ты ведь прав! Нет у меня никаких идеалов, никаких политических убеждений. Наплели чего-то про то, кто прав, кто не прав. Вроде правильно: этот человек заслуживает смерти. А разобраться - все они хороши! Каждый человек этого заслуживает, поэтому и умирает рано или поздно.

Вокруг всё как будто стало ничем. Нет ни звука, ни секунды, ни искорки в этом ничём. Меня бросает из крайности в крайность, как тело бросает в дрожь. Будто мои мысли, подобно стае птиц, попавшей в ураган, запутались и сбились с курса. Вернее, не сбились, а засомневались в правильности маршрута. Они, как эти птицы, летают по кругу, хаотично разбросанные по небу ветром, переходящим в смерч. Они бьются друг об друга, ломая крылья и идеалы мировоззрения, и уже не могут вернуться на землю. Ураган уносит их выше и выше, настолько высоко, что уже почти можно дотянуться до вечного, бесконечного, непостижимого! Вот же оно! Бери его! Это всё твоё! Но в самый последний момент вспоминаешь, что есть тот мир, который ты когда-то любил, но который остался там внизу, в прошлом. И ты не можешь никак решиться: лететь вверх или падать вниз. Знакомое и понятное или новое и непостижимое. Ты не можешь сделать выбор, какая крайность тебе больше нужна и остаёшься посередине.

А возможно, эта неопределённость и есть твой придел, твоя крайность, если на большее или меньшее ты не способен? Я снова вижу только тьму. Тьма окутала мои мысли. Она обвила моё тело и душу. И вот понимаю, что не хочу открывать глаза. Открыв их, я всё равно не увижу ничего нового. Я боюсь, что мой взгляд пронзит луч Солнца, как пуля. Я не хочу больше никогда видеть Солнца! Этот проклятый, лживый свет! И поэтому я не могу открыть глаз.

- Ты сильно запутался в своей жизни, как и я когда-то. Однажды ты спросил, почему я здесь. Вот именно поэтому. Именно поэтому я на краю. В прошлом нет никакого смысла, а будущего без прошлого быть не может. Невозможно всё начать сначала. У каждого уже есть начало и зачеркнуть его нельзя. Нет конца без начала, нет смерти без рожденья.

- А как же Вселенная? У неё нет начала.

- По всей логике, конечно, нет. Но и по той же логике этого не может быть. Начало всё-таки есть. Вот, скажем, планета Земля: учёные считают, что она, как и все другие планеты, появились в результате какого-то взрыва. А что было до этого взрыва? Пусть какая-нибудь другая огромная планета которая взорвалась. А откуда взялась она? Тоже от взрыва? Или логичнее полагать, что она просто родилась?

- Откуда же она могла родиться?

- Она могла родиться только из Абсолютного Ничто.

- Ничто? Как это? Ничего не было - и вдруг планета появилась сама собою?

- Да. Как и всё в этом мире. И мы с тобой в том числе.

- Но у нас же есть отец и мать. А как же душа, которая переходит от отца к сыну? Ты же сам говорил.

- Душа есть всегда, ибо она - истинный Бог. Бог-душа. Но она может и исчезнуть, если всё живое погибнет и станет бездушным Богом. А это ужасно! Но с телом и разумом всё по-другому. Тело появляется из Абсолютного Ничто. В случае с людьми, как впрочем и всеми живыми тварями, только мужчина способен создать из Ничто что-то, а женщина способна это что-то выносить и наделить разумом и телом. Хотя разум - это всё-таки индивидуальная часть.

- Но разве мужчина создаёт это что-то не из своего тела?

- Наоборот. Мужское тело способно создать из Ничто что-то, а его душа наделить это что-то жизнью.

- Но ведь и женщина принимает в этом участие!

- Но ты ведь не будешь отрицать, что мужское тело и без женщины является существом наделённым жизнью? Более того, наша планета, являясь живой, тоже сложный организм, который растёт.

- Растёт? Как это растёт?

- Всё живое умирает и остаётся на Земле или хотя бы в её атмосфере. Ничто никуда не исчезает. Мы создаём из Ничто новые организмы и умираем. Тела остаются на Земле, хотя гниют и разлагаются, тем самым, удобряя почву для растений. В этом организме всё взаимосвязано, как и в нашем. Если всё возникает из Ничто, это уже доказывает рост планеты, поскольку всё живое появляется. Сколько десятков метров земного слоя приходится прорыть археологам, чтобы добраться до останков того, что было столетия назад. Рост всех остальных планет солнечной системы остановился уже давно, то есть они умерли и стали телесно-бездушными Богами для самих себя. А мы ещё растём. Но если вследствие человеческих экспериментов и ошибок, то есть ошибок дьявольского разума, наша планета погибнет, мы тоже станем бездушным Вселенским телом, и рост остановится. Планеты тоже появляются из Абсолютного Ничто. Сначала как крохотная молекула. Потом молекул становится больше. Потом появляются вода, кислород, атмосфера, ну и жизнь. Всё как у нас. Планета питается всем живым, то есть она живёт. И если новые планеты появляются и растут из Ничто, то можно предположить, что Вселенная стремится из бестелесной стать телесной. Единственным врагом всего телесного является огонь. Огонь ада! Именно он считается адским веществом почти во всех религиях. Именно его Прометей украл у Богов, которые почему-то не хотели давать его отдавать его людям. Именно его использовали инквизиторы для того, чтобы стереть «нечисть» с лица Земли. Именно его боялся Одиссей в царстве Аида, считая, что он сожжёт его душу. Но без огня Солнца не было бы жизни на Земле, как и добра без зла, как и Света без тьмы, как и рая без ада. От этого никуда не деться! И мужчина не может сам выносить то, что создал, без помощи женщины, хотя он и является создателем. Поэтому женщина действительно является подобием мужчины. Но мужчина, в свою очередь, является подобием Бога.

- То есть вот так? Всё так просто? А как же все религии, все эти обряды? Для чего они нужны миру? Просто понты для сбора денег с населения? Шоу-бизнес?  

- Как посмотреть! Если в них верить, то они что-то значат и что-то дают. Но верят единицы. Для всех остальных это, конечно, просто шоу. Крестят детей, сами не понимая, что это даёт ребёнку. Просто лишний повод напиться. Все эти венчания, отпевания, причастия – лишь понты для всех, кто не верит! Спрашивают друг друга: «А ты веруешь в Бога?» Как будто понимают, что это значит на самом деле. Притом, если считаешь себя христианином, ты должен жить по христианским правилам, а не развешивать китайские амулеты напротив икон или отмечать новый год по восточному календарю. Столько всего намешано в современном человеке. Готовы верить во все религии одновременно: «Я христианин, но в прошлой жизни я был мусульманином». Даже произносить это смешно! Всякие бабки-гадалки, повитухи со своими дьявольскими ритуалами с иконами! Самое главное, что это иногда действительно помогает и исцеляет. И все говорят: «Чудо!». Но этот обряд - дьявольский!

- Но почему же? Не может быть дьявольским, если он помог человеку!

- Да, помог. Но в каждом человеке есть много хорошего и много плохого. Так вот зло спасает только плохое. Всё, что будет плохого исходить от человека после. Злу необходим человек, чтобы с его помощью продолжать существовать на свете. Чем больше человек обращается за помощью ко злу, тем злее он становится.

- А как же молитвы и иконы во время этих ритуалов?

- Ты представь себе чтение молитв во время дьявольского ритуала. Это богохульство! Полное богохульство! Абсолютное зло!

- Знаешь, у меня в детстве однажды вдруг поднялась очень высокая температура. Врачи не понимали, в чём причина, и мать повела меня к народной целительнице. Она что-то там надо мной проделала и, знаешь - не помогло! Я провалялся с температурой ещё пятнадцать дней. А потом всё прошло само собой. Но мать была уверена, что всё прошло именно из-за этой бабки. А я даже тогда считал это полным бредом. Слушай, поясни ещё раз про Абсолютное Ничто поподробнее, а то я что-то запутался. Почему именно мужчине отведена роль создателя? Ведь само понятие Бог или создатель именно мужского рода. Я как-то об этом никогда не задумывался. И почему ты назвал мужчину существом равным Богу?

- Кто, кроме Божественного существа, способен сделать из Абсолютного Ничто что-то? Что-то материальное, обладающее душой, а иногда даже разумом. Женщина берёт в себя мужское семя и делает из него человека. Мужчина же делает семя из Ничто. Существует вещество, которое при охлаждении набирает вес, а при нагревании теряет. То есть при сильном нагревании вещество достигает нулевой точки в весе и исчезает. Когда остывает, оно появляется снова. Ничто - это нулевая точка отсчёта веществам материальным и несуществующим. Это полностью разрушает теорию Эйнштейна о постоянстве во Вселенной: Е = МС в квадрате. Если масса непостоянна, эта теория яйца выеденного не стоит! Это доказывает происхождение Земли. Земля появилась, как и всё во Вселенной, из Ничто. После она начала расти. Сначала на клеточном уровне. Потом на многоклеточном. Всё, что рождается на Земле из Ничто, является кормом для накопления веса и размера.

Следовательно, только жизненная энергия позволяет планете расти дальше, так как Земля является сложным живым организмом. Эволюция всего живого на планете является ростом планеты. Если взять в рассмотрение человечество, то божественной его частью является мужская сторона, так как лишь мужчины способны делать из Ничто что-то. Планеты, на которых нет жизни, то есть души, являются умершими и больше не растут. Эта теория доказывает, что на всех планетах когда-то была жизнь. Иначе они бы просто не родились и не выросли до своих размеров. Звёзды, чьей жизненной энергией является огонь, существуют по другим законам. Но, тем не менее, они также рождаются из Ничто, так как у всего есть начало и точка отсчёта по всем законам мироздания. Только огонь не подчиняется земным физическим законам. На огонь не действует земное притяжение. Огонь способен почти полностью лишить предмет веса и размера. Но Солнце существует только благодаря жизненной силе вечного огня. Если предположить, что планеты растут вследствие естественной материально-душевной жизни и рождаются из Абсолютного Ничто, то Вселенная из пустой стремится стать материальной. А звёзды, живущие за счёт жизни огня, уничтожающего материю и душу, то есть снова обращающего что-то в Ничто, вечно воюют с материей и душой Вселенной. Именно эта война и описана в Библии, в образе «вечной жизни рая» и «вечного огня ада». Огонь является живым существом, рождённым, как и всё живое, из Абсолютного Ничто. Абсолютное Ничто и является Богом – создателем всего живого и неживого. Именно поэтому Бога и нет, и он есть одновременно! Бог это и Ничто, и Всё; и Да, и Нет; и Рай, и Ад. Это вечная война Ада с Раем, Зла с Добром, Существующего с Несуществующим.

- А конкретнее про человека? Что же это вообще такое - человек? Внутренняя борьба добра со злом, рая с адом? Если человек никак не хочет сам искушаться, как Дьявол может его заставить?

- О-о-о, дьявол хитёр! Это самое хитрое и изворотливое существо в мире. Как привлечь Богоносцев на свою сторону? Нужно опорочить церковь, веру и Бога! Если богатый человек жертвует на храм кругленькую сумму, он становится человеком уважаемым церковью. И это понятно! Даже слово богатство связано со словом Бог. Хотя богатством можно назвать и другие вещи, такие как вера, честь, совесть. Но все почему-то всегда представляют именно деньги. И не важно, каким способом достались эти деньги, если они идут на благое дело! Так бес становится благодетелем. Но и это не главное! Главное то, что остальная масса населения, понимая это, не хочет идти в эту продажную церковь! И это понятно, ведь церковь всегда была покровителем богатых. Простые же люди чувствуют себя униженными и оскорблёнными. А кто покровитель всех униженных и оскорблённых? Правильно - ангел униженный и оскорблённый Богом, то есть Сатана. И простой человек начинает думать: а вдруг я считал не то добро добром! Если смотреть с этой стороны, всё так и выглядит
. Сатана – это добро. И человек встаёт под его знамёна и становится легионером. Но всё не так. Ведь дьявол всё это и подстроил. Бесы восстанавливают церкви, чтобы сбить Богоносцев с пути истинного. Всё золото в церквях - это плата Дьявола Богу за право обладать нашими душами. Что же, гражданин дьявол, неплохая попытка!

- Да, неплохая попытка. В моём случае то же самое. Я ведь чуть не попался на его уловку. Как всё сложно! Как всё просто! Пойдем, выйдем на свежий воздух.

С этими словами человек поднялся и пошёл к выходу. Монах последовал за ним. Выйдя из землянки, человек закурил и поднял глаза к небу.

- Знаешь, до этого момента я был как будто в плену! А теперь я чувствую себя свободным! Мне больше ничего не нужно! Я решил уехать в другой город и никого не убивать! Даже пистолет не возьму. Можешь оставить себе. Правда, зачем он тебе нужен!

- У меня его нет.

- Как нет? Ты же, уходя, забрал его!

- Потерял. Я ведь туда ходил...

- Куда туда?

- В дачный посёлок, к тому человеку. Хотел его предупредить об опасности. Глупо! Понимаю. Зачем я это сделал? Ты ведь всё понял. Наша встреча была не напрасной. Я тоже что-то понял. Вокруг всё настоящее и все настоящие. Теперь в этом нет никаких сомнений, если я всё-таки смог на тебя повлиять. Я осознаю, что без тебя ничего бы не понял!

- Да, всё правильно! Ты поступил правильно.

- Нет, я так не думаю. Теперь, тебе грозит большая опасность! Они о тебе знают!

- Но я не пойду туда! Они меня даже не увидят.

- А вдруг они ищут тебя? Тебе надо где-нибудь спрятаться. Здесь в лесу. Не ходи пока на станцию. И вообще не подходи близко к дорогам. Я думаю, они тебя уже ищут!

- Как они узнают, что это именно я? Пистолета у меня нет. На лбу ведь не написано, что я киллер! Видишь, как ночь идёт по этому лесу, ломая ветви деревьев. В ночи есть что-то такое, что заставляет думать. В свободе есть что-то такое, ради чего стоит жить. Жить, не оглядываясь назад. Жить, не задумываясь, что будет впереди. Просто жить! Почему мне сейчас так легко? Просто я свободен! Свободен от всего ненужного. И это даже не свобода, ведь я не был в плену, чтобы теперь освободиться. Это какое-то новое непонятное чувство!

- Это чувство называется словом «воля».

- Да, именно! Вот она - воля! И я сам волен решать, что будет дальше. Сейчас мне ненужно ничего, кроме воздуха в моих лёгких. Поэтому я счастлив! И когда всё закончится, всё будет по-другому. Всё будет хорошо! Ты был прав, я никому ничего не должен! Только я один властен над собой. Только мне решать, что делать дальше. Взгляни на это небо! Неужели ты не видишь, как оно само пытается ворваться в тебя, расправить там свои крылья и вылететь на волю, подобно голодному ястребу, увидевшему свою добычу?! Неужели, ты не видишь, что всё это бесконечное, бескрайнее великолепие и есть ты?! Неужели ты не видишь этого? Неужели ты не можешь этого понять? Как же мне тебя жаль! Они больше не властны надо мною! Я не хочу никого убивать. Я всё обдумал. Я ухожу.

- Не ходи сейчас, они убьют тебя!

- Смерти нет. Прощай!

С этими словами, человек хлопнул монаха по плечу и целеустремлённо пошёл вперёд. Он шёл, не оглядываясь, не обращая внимания ни на ветки, которые били его по лицу, ни на слёзы, которые застилали его глаза.

«Да, всё правильно! Я всё правильно решил. Зачем мне это всё?! Не найдут! Никогда не найдут! К чёрту всё это! Да! Нет, стоп! - человек остановился. - Что было бы, если бы я выполнил задание и убил этого человека? А этот монах меня сдал. У меня все деньги дома, а домой возвращаться нельзя. А как же начинать всё с нуля? Меня ещё и ищут! Да что там говорить - сам виноват! Как будто не знал, что убивать не хочу! Зачем тогда сюда ехал? Просто вроде бы надо было. Ведь с самого начала понимал, что не надо! Зачем мы всё время делаем то, что не надо? К чёрту всё! Вперёд!»

Сказав громко вслух слово «Вперёд!», человек двинулся дальше, и вдруг прозвучал выстрел. Пуля пронеслась где-то совсем рядом и попала в дерево. Человек шарахнулся в сторону. И тут - второй выстрел, третий, четвёртый. Не зная, что ему делать, человек ринулся назад, и вдруг одна из пуль попала ему в плечо. Схватившись за рану, он чуть было не упал, но вместо этого побежал ещё сильнее.

«Это они! Вот и всё! Как же это!? Вот она - расплата! Глупо! Глупо!»

Обрывистые мысли так и прыгали у него в голове азбукой Морзе, как телеграммы–молнии, как обрывки воспоминаний, проносящиеся перед глазами, как пули, летящие в него. Он уже не чувствовал боли от раны в плече. Он просто бежал назад. Куда? Зачем? Как будто дверь из сухих веток в землянке могла бы его закрыть от пуль. Как будто одинокий отшельник, живущий там, мог бы заслонить его своим телом или спрятать где-нибудь. «Глупо! Глупо!» - так и звучало в его голове, перерастая в одну единственную просьбу-мольбу, направленную к одному единственному живому существу в этом мире. К одинокому человеку, живущему в лесу в землянке, даже имени которого он не знал. Да он и сам, за всё это время, связавшее их навсегда, не удосужился представиться.

- Помоги мне! Пожалуйста, помоги! Спаси меня ради Бога! Я прощаю всё! Ты был прав во всём! Ты - всё, что у меня есть! Умоляю, спаси меня!

Спотыкаясь и падая, человек кое-как, добрался до землянки, забежал в неё и закрыл дверь. Монах сидел напротив и молча смотрел на него.

- Спаси меня! Это они! Спрячь меня куда-нибудь!

Это была абсурдная просьба. В землянке не было ничего, кроме столика и лежанки. Прятаться тут было негде. Человек выкрикнул это, абсолютно о том не думая. В это момент он вообще ни о чём не думал. Но это была его последняя надежда. А вдруг монах что-нибудь придумает, что-нибудь сделает, каким-нибудь волшебным образом сумеет помочь! Как известно, надежда умирает последней, но всё же умирает. Бессмертна только вера, а верить умеют единицы. А может быть, никто не умеет вовсе? Возможно, человечество утратило веру навсегда уже давно? Возможно, человек и не умел верить никогда? Возможно, вера - это всего лишь миф, сказка, придуманная когда-то кем-то с какой-нибудь корыстной целью. Человек со всей силой прижал ветхую дверь из хвороста спиной, и тут прозвучало ещё несколько выстрелов. В глазах человека застыла такая гора вопросов, ответы на которые можно искать вечно, но главным вопросом оставался самый простой и единственный, который рано или поздно задаёт каждый человек: «Почему?» Застыв на мгновение в этой вопроси
тельно-смертельной позе, человек упал на столик, сделанный из сухих веток, который в тот же момент сломался под тяжестью мёртвого тела и рухнул на пол. Монах опустился на колени, обнял тело и зарыдал. В землянку вошли люди. Те самые люди, которые пришли сюда вместе с ним ещё днём и всё это время находились неподалёку от землянки, зная, что тот, кого они ищут, обязательно вернётся сюда.

- Спасибо, отец, помог! Хорошего человека спас. А этого гада мы завтра унесём и зароем где-нибудь.

С этими словами полковник отодвинул монаха в сторону и сделал контрольный выстрел в голову. Монах вскрикнул и зарыдал ещё сильнее.

- Не реви! Ты хоть знаешь, что это за сволочь?! Конечно, человек всё-таки! Да и не человек это вовсе! Тварь это, сука, сволочь! Ну-ка, парни, вытащите его отсюда!

Два человека взяли труп за ноги и вытащили прочь из землянки.    

- Ты послушай, отец, завтра придёшь на дачу к нам, шеф тебя за это так вознаградит! Чего хочешь, то и даст! Не стесняйся, приходи! А сейчас ложись, поспи!  День сегодня трудный. Поздно уже. Давай, отец! До завтра! Приходи, ждём!

Ночь близилась к завершению. Спать одинокий отшельник так и не лёг. Через некоторое время после ухода людей он вышел из своего дома и сел рядом с небрежно брошенным трупом своего гостя.

- Всё получилось совсем не так, как должно было быть! Хоть это придумал не я. Что же ты лежишь и не дышишь? Давай, вставай, хватит притворяться! Я верю, что ты не умер! Я верю, что ты не умер! Ты должен воскреснуть, ведь я в это верю! Я верю в это! Давай! Ну же! Что же ты! Почему у меня не получается верить? Боже, почему же ты, дав мне способность понять веру, не дал способности верить? Что я делаю не так? Что?! Ответь! Ответь мне!

Приподнявшись с земли и смахнув с глаз слёзы рукавом своей накидки, монах зашагал вперёд. Он шёл на то самое место, на котором вчера просил небо сжалиться, отпустить грехи или уничтожить себя.

«За что мне это небо? За что мне это небо? - так и звучало в его голове. - Я смогу! Я сумею! Я должен! Это я виноват, что он мёртв. Он не должен был умереть. Так не должно было случиться. Я всё сделал не так! Всё неправильно! Утверждение, что зло порождает зло, ошибочно, ведь тогда и добро должно порождать добро, а это не так. Я считал, что предотвратить одно зло - это и есть добрый поступок. Это добро. Конечно, добро! Но это добро породило другое зло. Это зло - порождение добра. Если бы я не помешал произойти тому первому злу, то оно бы не смогло породить то второе. Это зло порождение добра. Так если добро может породить зло, вероятно, и зло может породить добро?»

Он наконец-то добрался до того самого места. Он настолько хорошо знал этот лес, что найти это место было абсолютно не сложно. Он шёл именно сюда и знал, зачем шёл. На том месте всё ещё была примята трава, и в этой траве лежала та самая вещь, что вчера выпала из его кармана - пистолет. Монах опустился на колени, его взгляд так и врос в эту маленькую металлическую вещицу корнями мыслей.

«Я верю, что он сейчас взлетит! Я верю! Верю! Верю!»


Финал №1 «Дорога безверия»

«Способен ли человек заставить себя верить? Рождается ли человек с верой или обретает её при жизни? Если мы не способны верить, как часть Бога, всем своим существованием мы доказываем, что и в Боге нет веры. А так как Бог и есть эта вера, такого быть не может. Если мы - Бог, то мы - вера. Мы не способны не верить, если мы созданы верой для веры. В этом наше предназначение. И вот смотрю я сейчас на этот пистолет и понимаю, что и у него есть своё предназначение. Именно для этого он оказался в этом лесу».

Монах взял пистолет и пошёл. С каменным выражением лица он шёл вперёд, не останавливаясь, не обращая внимания ни на какие преграды. Только он и пистолет в кармане его чёрного одеяния. Лес сопротивлялся ему ветвями деревьев, оврагами, высокой травой. Как будто не хотел отпускать, понимая, что этот человек - его часть, вернее, лес - часть этого человека. Но сила леса была не безгранична и вскоре закончилась. Впереди показался дачный посёлок. Уверенно шагая вперёд, человек быстро добрался до того самого дома с высоким забором. Ворота были открыты. Перед домом ходили люди: несколько человек охраны, жена хозяина и сам хозяин.

«Вот он, тот самый человек!» - подумал монах и вошёл в ворота. Уверенно шагая к хозяину дома, он не обращал внимания ни на охрану, ни на его жену, ни на что, что творилось в этом мире, в этот отрезок времени.

- А-а-а, здравствуйте-здравствуйте! - сказал хозяин дома и подал рукой жест охране, что не стоит опасаться, ведь человек пришёл с мирными намерениями, за вознаграждением. - Не знаю вашего имени и отчества. Вы проходите, проходите…

В этот момент монах, подойдя к этому человеку достаточно близко, резко выхватил из кармана пистолет и выстрелил ему прямо в лоб. Раздался женский крик и ещё несколько выстрелов в ту же секунду, пробившие тело монаха. Два мёртвых человека почти одновременно рухнули на землю.


Финал №2 «Дорога веры»

«Способен ли человек заставить себя верить? Рождается ли человек с верой или обретает её при жизни? Если мы не способны верить, как часть Бога, всем своим существованием мы доказываем, что и в Боге нет веры. А так как Бог и есть эта вера, такого быть не может. Если мы - Бог, то мы - вера. Мы не способны не верить, если мы созданы верой для веры. В этом наше предназначение. И вот смотрю я сейчас на этот пистолет и вижу, что он взлетает. В этом нет ничего удивительного, ведь я верю в это. В этом мире вообще нечему удивляться. Всё разумно, оправдано, обычно. И нет ничего удивительного! Но почему же мы всё-таки удивляемся? Удивляемся рождению ребёнка, любви, радуемся, встретив старого друга, плачем, теряя близких и родных. Мы удивляемся всю свою жизнь тому, что живём. Видимо, мы удивительные существа, раз способны удивляться! Ни одно существо на нашей планете не способно на это. Мы - самый крайний вид бытия планеты. Мы способны на всё! Мы можем всё! Только мы способны испытывать чувство восхищения, ведь восхищение - это способность признать своё несовершенство в сравнении с совершенством. И только мы способны осознавать несовершенство. Если мы родились уродами, то от чего красоте нас спасать? Мы это понимаем и всё-таки восхищаемся. Только мы способны честно в этом признаться, ведь честность – это способность признаться самому себе в том, что ты не любишь то, что обязан любить, и наоборот. Лёгкое прикосновение – первая стадия тяжёлой боли. Чаще всего, именно то, во что труднее всего поверить, и оказывается правдой. Мы несовершенны - и это удивительно! Мы можем понять самое сложное и не можем понять самого простого! Мы ничто без Бога, поскольку Бог ничто без нас! Мы не просто корм для этой планеты. Мы её разум, мы её тело, мы её душа, мы её Бог! Даже если наша вера толкает нас на крайность, мы должны воспринимать её как Божье милосердие. Только для нас мир живёт и существует, хотя мы не научились ещё правильно воспринимать его, жить в нём, любить его, быть его частью, быть этим миром. Но мы обязательно научимся этому когда-нибудь!»

 

Редактор: Андрей Петропавловский

Иллюстрации: Лилиана Скрипко, Сергей Скорляков

 

Об авторе Сергее Скорлякове

Стихи Сергея Скорлякова

Стихи Сергея Скрлякова

Поэма "Приговор" Сергея Скорлякова

Повесть "Крайность" Сергея Скорлякова

Музыкальные произведения Сергея Скорлякова

Просмотров: 915

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить


МУЗЫКА ПЕНЗЫ

Алина Викман. "НЕ ЗИМА"

Миша Хорев. "МЕТЕОРИТЫ"

Миша Хорев. "ГИМНАСТКА"

Гр."На!Смерть"."БУХАЙ,ВАРРЕЛЛА,БУХАЙ"

Гр."На!Смерть"."СПЛЕТЕНИЕ СОЗВЕЗДИЙ"

 

ИСКУССТВО ПЕНЗЫ

Михаил Мамаев. Амбротипия

ФОТО ПЕНЗЫ

  • Москва слезам не верит
  • Студвесна-2016 в Пензенском государственном университете
  • Описание: Студвесна-2016 в Пензенском государственном университете
  • Автор Сергей Козлов. Из глубины веков
  • enigma sura
  • Описание: Фитнес-клуб Энигма Сура (на базе ДВС)
  • Авторы граффити - Команда Почти

www.penzatrend.ru

© 2013-2015 PenzaTrend
Журнал о современной Пензе. 
Афиша Пензы в один клик.

Использование материалов возможно
только при наличии активной гиперссылки
на источник, который не закрыт для индексации.

© 2013-2015 PenzaTrend Журнал о современной Пензе.
Афиша Пензы в один клик.